Образовательная политика // Статья

Что спасет авторскую школу после ухода автора

Влияют ли на изменения в стране авторские школы, рожденные еще в прошлом веке вопреки тогдашним школьным устоям, что мы понимаем сегодня под авторством в культуре и образовании? Об этом и многом другом поговорили на заседании экспертного клуба «Норма & Деятельность» в Институте проблем образовательной политики «Эврика».

Что спасет авторскую школу после ухода автора
Иллюстрация: Twitter

Когда и как появился термин «авторская школа»

Прежде всего важно было ответить на вопрос, в чем состоит значение авторских феноменов в образовании. Как сформулировал его Александр Асмолов: в чем состоит эволюционный смысл авторских школ?

Понятно, что они существуют в культуре со времен Песталоцци. Даже древнерусский князь Владимир Святославович открыл сразу после крещения Руси свою «авторскую школу» под названием «Книжное учение». Там учеников делили на небольшие группы, и в каждой назначался свой учитель грамоты или чтения. Потом группы менялись (почти как у нас в смешанном обучении J).

Александр Адамский рассказал, что термин «авторская школа» был придуман в редакции «Учительской газеты» в конце 80-х гг. ХХ века.

Именно в те годы советское руководство, а не иностранные агенты J, на очередном съезде КПСС заявило о необходимости разработки программы реформирования общеобразовательной и профессиональной школы.

То есть появление и распространение авторских школ в стране было связано с тогдашней «децентрализацией управления образованием в России, преодолением единообразия образовательных учреждений и провозглашением принципа их автономности в качестве принципа государственной политики в области образования» (Закон об образовании РФ, 1992 г.).

Но следует ли из этих исторических фактов, что и нынешнее руководство образованием – и в центре, и в регионах – должно поддерживать и помогать неизбежно возникающим в России авторским школам? Этим вопросом задается Игорь Реморенко, вспоминая любимую фразу Александра Наумовича Тубельского – «Прецеденты определяют развитие».

В чем особенность авторских школ

Авторские школы, отвечает на его вопрос Александр Асмолов, представляют собой уникальный поисковый механизм культуры (зону ближайшего и вариативного развития образования). В конечном итоге их суть – в персонализации автора, которая, можно сказать, несет бессмертие его идей. Александр Григорьевич предлагает типологию авторских проектов в области образования.

Во-первых, авторская школа – это школа уникального метода, оснащенного инструментарием передачи (например, метод Шаталова, метод Лысенковой, метод Карла Орфа и т.д.). Метод можно передать из рук в руки или другим более современным способом.

Во-вторых, это школа передачи культурологических ценностей, основанных на мировоззрении автора (Штайнер, Монтессори, Развивающее обучение Эльконина–Давыдова, проблемное обучение Занкова, диалог культур Библера, Курганова). Можно назвать и другие.

И в-третьих, это персонализированные авторские школы, с уникальным укладом школьной жизни. Мы знаем таких немало. Обычно они сохраняют имя автора, которое появляется на вывесках школьных дверей или просто в народе со словами «школа Караковского», «школа Ямбурга». О них рассуждал на заседании экспертного клуба Ефим Рачевский. А Марк Кукушкин попытался сформулировать неотъемлемые особенности любых «авторских организаций», в том числе и школ. Можно перечислить эти особенности:

  • Личность автора
  • Авторская концепция
  • Авторские практики
  • Другие, чем в обычной организации, устойчивые результаты
  • Особенный жизненный уклад
  • Воспринимаемые внешним миром отличия
  • Контрастность как условие резонанса

Исак Фрумин, Людмила Долгова, Бронислав Зельцерман поддержали Марка Кукушкина в том, что особенность всех авторских школ – устойчивые и отличные от других школ образовательные результаты. «Людям нравится видеть реальные результаты работы школы, – заметил Исак Фрумин, – и опыт показывает, что они могут быть достигнуты, особенно когда школа тесно связана с наукой».

При этом школа имеет возможность лавировать между государственным или негосударственным статусом. Но, как посетовал Бронислав Зельцерман, играть с государством авторской школе довольно опасно. Неизбежно приходится подстраиваться под решение вопроса: кто заказчик образования. А если родители диктуют, это тоже не всегда хорошо – приходится вступать в поле непростых взаимоотношений «хозяина и автора». Есть авторские школы, существующие много лет и уже пережившие автора.

Почему «проектирование важнее доказательства идеи»

О своей полисистемной школе «Эврика-развитие» рассказала Людмила Михайловна Долгова. Ее школа выросла из частной школы-лаборатории, которую почти полвека назад задумала и создала в городе Томске Татьяна Михайловна Ковалева – тот счастливый случай, когда школьная команда, а также родители и дети все эти годы жили воплощением в жизнь первоначального авторского замысла. Как говорит Людмила Михайловна, вместе создавали смыслы педагогической работы учителей, родителей и учеников. Ведь что важно для сохранения идеи? Проработка ее на философском, психологическом и педагогическом уровне. Постоянное создание новых внутришкольных образовательных проектов «в духе» первоначальной авторской идеи, постоянный поиск ее доказательства.

Риски, конечно, есть, продолжает ее мысль Марк Кукушкин.

Для культурного бытия в любой авторской организации важна не столько социализация проекта, сколько его защита от ухода автора или излишняя авторская авторитарность, снижение качества работы, дискредитация бренда и потеря духа его участников.

Если таких рисков удается избежать, организация живет долго и славно, как например, Красноярская школа «Универс» Исака Фрумина, которая пережила нескольких директоров. И до сих пор Исак Давидович не считает ее авторской, говорит, что его школа концептуальная. «У нас есть своя концепция. Я – один из ее авторов. Но, безусловно, не в меньшей степени автором являлись Вячеслав Башев, Борис Хасан, Виктор Болотов, Борис Данилович Эльконин, еще ряд людей».

Но далеко не во всех случаях авторскую школу поджидает такая счастливая судьба. Всего год прошел со дня, когда в очень непростых жизненных обстоятельствах не стало Михаила Петровича Щетинина. Он называл свой Лицей-интернат школой комплексного формирования личности детей и подростков в Текосе. Лицей существовал с 1994 года. Петр Щетинин принял руководство этой школой после ухода отца. Участникам экспертного клуба «Норма и деятельность» он напомнил название одной старой статьи о Михаиле Петровиче Щетинине в «Литературной газете». Она называлась «Программа – это я. Утверждайте».

И, возможно, именно с того самого момента ко всем участникам обсуждения пришло понимание настоящего авторства. И что автором не только школы, но и своей жизни и судьбы на самом-то деле является каждый человек, каждый учитель и каждый ученик.

И вот почему, что бы ни происходило, все семь «школ-ансамблей» (как называл их Михаил Петрович), составляющие авторский образовательный комплекс в Текосе, живут сегодня в проектном режиме. Как сказала Людмила Долгова, «проектирование важнее доказательства идеи». Да. Именно так!

По утверждению Татьяны Михайловны Ковалевой и на примере Школы самоопределения Тубельского именно причастное проектирование вместе с родителями, выпускниками и детьми, как это всегда было и у Щетинина, спасет любую авторскую школу и продолжит ее жизнь после ухода автора. А дух любой авторской школы, ее уклад все равно медленно, но верно изменится. И никогда не воскреснет Филлипок в валенках из свободной школы Л.Н. Толстого или девочка, тренирующаяся пристегивать чулки к лифчику на рамке с застежками Монтессори. Но по-прежнему будут принимать детей и учителей в своих персонализированных образовательных средах авторские школы настоящего и будущего. Как сказал в конце разговора Александр Адамский, мы видим вечную цепочку: авторская школа – самоопределение автора и продолжение ее – в детях. И если управление образованием не осознает потребности системы – значит, оно, увы, не справляется с управлением.



Новости





























































Поделиться