Минпросвещения России подготовило проект приказа о сокращении количества часов на изучение иностранных языков в 5–7-х классах до двух в неделю в 2026 году. О последствиях введения этой меры размышляет автор учебников по английскому языку, в недавнем прошлом сотрудник Британского совета в Москве Елена Ленская.
– Каждый раз, когда российская политика меняется в сторону большей закрытости от мира, первый удар наносится по изучению иностранных языков в школе. Причём делается это самыми разными способами. Например, в двадцатые годы прошлого века в программах перестали уделять внимание развитию устной речи, перенеся акцент на грамматику и лексику.
Затем, когда во времена Брежнева усилилась политика «железного занавеса», вдруг появились совершенно чудовищные учебники, по которым научиться английскому языку было невозможно, прежде всего, потому что детей не интересовало содержание, например, жизнь идеальной советской семьи Стоговых, а других учебников в школе использовать было нельзя.
В период перестройки и в начале нулевых ситуация поменялась на 180 градусов, и даже стремление к открытости достигло того, что было принято решение ввести обязательное для всех выпускников ЕГЭ по иностранному языку. По известным причинам это решение так и не было воплощено в жизнь.
В настоящее время мы находимся в состоянии примерно конца XVIII века, когда язык был маркером сословной принадлежности, и в дворянской среде все говорили на французском языке, порой не владея родным русским. А все остальные граждане были лишены возможности изучать иностранный язык. Сейчас условия для изучения иностранного языка в обычных школах продолжают ухудшаться. В то же время остаются школы, и их немало, где иностранные языки изучают углублённо, по 5 часов в неделю.
За это время вполне реально добиться каких-то серьёзных результатов. И видно просто невооружённым глазом, как часть детей лишена возможности нормально владеть иностранным языком (да из-за общей политики многие к этому даже и не стремятся), а есть дети, которые достигают положения высшего сословия.
Хочу напомнить, что до того, как начались все эти пертурбации с иностранными языками, у нас было большое движение в сторону создания школ для одарённых, которые трансформировались в школы для элиты.
Но хотим мы того или нет, а именно английский язык проникает в нашу жизнь до такой степени, что дети иногда даже не подозревают, что на самом деле они говорят на смеси «английского с нижегородским».
Потому что количество англицизмов в нашей речи, особенно в молодежном сленге, зашкаливает. Старшему поколению иногда трудно понять своих отпрысков. Недавно смотрела какую-то передачу, в которой одна из героинь, как Эллочка -людоедка, постоянно что-то критикуя, повторяла только одно слово «кринж». Многие взрослые люди, особенно те, кто не изучал английский язык, вряд ли с ходу поймут значение этого слова. И таких слов у нас много.
То есть всё, чего мы добьёмся такими «преобразованиями», как сокращение часов на изучение иностранных языков, это появление псевдоанглийского языка. Его, скорее всего, освоят даже те, кому выделено два часа в неделю на его изучение. Кстати, во многих странах такое количество занятий в неделю – нормальные условия. Два часа в неделю, да ещё и классы не делятся на группы. Но, благодаря тому, что есть среда, в которой можно и нужно на этом языке общаться, большинство всё равно язык осваивают. У нас всегда жалуются на то, что в наших школах нет условий для изучения иностранных языков: не хватает учителей и так далее. Но на самом деле причина совсем не только и не столько в условиях, но ещё и в качестве подготовки преподавателей, не владеющих эффективными методиками. Особенно это видно на примере частных репетиторов. Ведь многие родители, понимая, как важен в наше время английский язык, нанимают своим детям платных преподавателей.
И почти никто из них не спрашивает: «А к чему вы подготовите детей?» Вот те, кто озадачивается этим вопросом, как правило, выбирают неплохих педагогов. В то же время я знаю массу семей, где с детьми поют, танцуют, но почти никакая лексика из песенок в устную речь не переходит. Хуже того, они без конца пишут диктанты, что вызывает у детей жгучую ненависть к этому языку, если учитель на этом настаивает. То есть очень часто вместо услуги родители и их дети получают медвежью услугу, отбивая интерес к языку.
По данным Education First English Proficiency Index (EF EPI, в 2024 году наша страна находилась на сорок первом месте в мире среди 116 стран – участниц исследования по уровню владения английским языком. Всего в стране владеют английским на рабочем уровне не более 3% населения.
СССР никогда не отличался в лучшую сторону в этом смысле, замеров тогда не делали, а пробелы в языковой подготовке школьников признавались всеми. Но в годы перестройки мы начали компенсировать свои пробелы, появились языковые экзамены, которые можно было сдать за небольшую плату и уже в девяностые годы много обычных учителей в обычных школах умели неплохо обучать своих ребят английскому языку и добивались приличных результатов. Все они ориентировались на общую планку, относительно которой мы проверяли уровень владения иностранным языком. Нашим ориентиром стала система, установленная Советом Европы, и тогда было решено, что, живя в Евразии, мы будем стремиться к тому, чтобы дети разговаривали хотя бы на пороговом уровне (Threshhold Level), по другой системе – на уровне B1. Добиться освоения такого уровня была не такая уж невозможная задача для учителя, и в школах начали уже делать замеры, готовясь к обязательному ЕГЭ по английскому языку. Другими словами, появились надежные показатели того, как освоен язык. Тенденция развивалась в нужном направлении, но потом изменилась политика и, соответственно, изменилось отношение к иностранному языку. Я уж не говорю про заявление депутата Госдумы Ирины Яровой, сделанное в начале 2010-х, которая считала, что английский язык надо исключить из школьной программы, потому что это язык наших врагов.
Как будто язык наших врагов не надо знать! Это вообще-то очень странное утверждение, учитывая то, как во время Великой Отечественной войны и после неё резко возросло количество изучающих немецкий, потому что всем было понятно, что в такой ситуации противостояния это очень важно. Но сейчас мы предлагаем только 2 часа в неделю. Для 5-7 классов это плохо, но не катастрофично, а для начальной школы это очень мало, потому что у детей в этом возрасте запоминание так устроено, что если перерыв между занятиями больше четырёх-пяти дней, то почти всё усвоенное забывается.
Знаю по соцсетям, что многие рядовые граждане положительно восприняли эту новость, считая, что вместо английского полезнее изучать русский язык, математику и другие важные предметы.
Но это мнение людей, которые сами иностранных языков не знают, да и не видят в том ни малейшего греха, не понимая, что по этой причине они отрезаны от мировой культуры, от огромного массива информации. Это напоминает мне позицию родителей, которые говорят: «Ну вот меня отец порол, и я хороший вырос. И я своих детей буду пороть, потому что тогда хорошие дети вырастут». То есть они мыслят устаревшими категориями позавчерашнего дня, будучи уверенными в своей правоте. Можно им только посочувствовать.
Нынешний поворот в политике изучения иностранных языков был очевиден еще несколько лет назад, но сейчас произошло его закрепление в нормативных актах, и это не может не вызывать тревогу.
