Семинары Института «Эврика» дарят участникам не только встречи с замечательными людьми и интересные дискуссии, но и особую завершающую часть — рисуночную рефлексию в блестящем исполнении художника Майи Мельниковой.

Сама Майя Мельникова отмечает, что идея визуализировать содержание образовательных событий возникла благодаря научному руководителю «Эврики» Александру Адамскому. Ещё в начале 1990-х подобные рисунки, появляющиеся в режиме «здесь и сейчас», сопровождали лекции и учебные занятия. Рисовальщик сидел в зале или аудитории и, слушая лекцию психолога или философа, не конспектировал её, а рисовал. После лекции рисунки вывешивались на стену, и слушатели могли «увидеть» слова профессора. Смыслообразная рефлексия живой речи преподавателей или учебных текстов со временем стала эвриканской традицией. Воображение, метафоры, юмор, как показала практика, способствуют пониманию и запоминанию любого, даже самого сложного материала.

По словам Александра Адамского, этим главным «рисовальщиком» всегда была Майя Мельникова. Вот что он об этом рассказывает:

«Более тридцати пяти лет Майя — бессменный участник семинаров, конференций и сборов «Эврики». Сначала это были встречи молодых педагогов в редакции «Учительской газеты», потом — сборы по всей стране, а ещё позже конференции, онлайн-форматы, видеозаписи с её рисунками под музыку. Всё менялось: площадки, форматы, технологии. Майя Мельникова оставалась. С листом и карандашом. На глазах у участников, параллельно с ходом дискуссии, на листах появлялись образы. Их тут же вывешивали на стену. К концу встречи возникала целая галерея. Каждый рисунок отражал момент мысли: где она столкнулась с другой мыслью, где обобщилась, где зашла в тупик и нашла выход. Это был не отчёт о разговоре, а его портрет. Участники семинаров говорили об этом по-разному. Одни — что рисунки Майи Мельниковой помогают понять то, что они сами только что сказали. Другие — что смотреть на галерею в конце встречи это как смотреть на себя со стороны: узнаёшь, но не совсем. Третьи признаются, что иногда рисунок точнее, чем их собственные слова.

Начало девяностых — это время, когда советская педагогика рассыпалась, а новая ещё не родилась. В этом контексте появление художника в зале было само по себе жестом, который говорил: то, что вы обсуждаете, достойно того, чтобы стать образом и остаться. Не в протоколе, а в рисунке.

Один из участников как-то сформулировал это так: «Я думал, что понял всё на лекции. Подошёл к рисунку — и понял, что понял не то». Это не критика лектора и не похвала художнику. Это наблюдение о природе образа: он открывает смысл с другой стороны, той, которую слова обходят...».

За тридцать пять лет работы с «Эврикой» Майя Мельникова создала то, что иначе как живой галереей не назовёшь. Газета может вместить лишь небольшую её часть, но мы уверены, что однажды рисунки, накопленные за три с лишним десятка лет, сложатся в полноценную книгу.

Рисунки Майи Мельниковой