Культура // Колонка

Немного об искусстве политических доносов


Немного об искусстве политических доносов
Иллюстрация: behance.net

Когда я думаю о самом непоправимом вреде, который нанесла сталинская система, это не только миллионы загубленных жизней. Это бацилла доносительства, которой были заражены советские обыватели и которая, увы, дает рецидивы сегодня. Как было удобно: напиши донос на соседа, и перебирайся в освободившуюся комнату, напиши донос на начальника и занимай его место, попался на воровстве – опять-таки напиши донос, и судить будут не тебя, а того, кто воровство обнаружил. Были и те, кто, войдя во вкус, писали доносы просто из любви к искусству: им и в самом деле начинало казаться, что кругом враги и что каждое сказанное слово таит в себе скрытый, а значит вредный смысл.

Похоже, мы действительно переживаем рецидив такой болезни.

Несколько лет назад, когда были введены продовольственные санкции, мне попалось на глаза сообщение о бдительном гражданине, который, вынося мусор, заметил в контейнере пакет от произведенного в Польше гуся, выкинутого кем-то из соседей. Бдительный гражданин обошел подъезд и разнюхал, в какой квартире жарят гуся, и тут же сигнализировал компетентным органам, что соседи потребляют запрещенные продукты из стран Евросоюза. Бескорыстно ведь донес: чужого гуся уже не съешь, просто за державу обидно.

Программу «Бесогон» Никиты Михалкова я никогда не смотрю, одно название чего стоит – просто привет из Средневековья.

И обидно, что режиссер, чьи фильмы я любила, пока он в образе Александра Третьего на белом коне не проскакал по Ивановской площади Кремля, превратился в кликушу. Но недавно пришлось посмотреть – Никита Сергеевич решил, наконец, заняться образованием и предать анафеме программу «Учитель для России».

Главное образовательное достижение Никиты Сергеевича в этой программе в том, что ему удалось составить прекрасное пособие по искусству написания политических доносов.

Исходные позиции таковы: наше образование – лучшее в мире, и на Западе только и мечтают, как его изуродовать. Для того чтобы этому противостоять, надо изобличить тех, кто идет на поводу у наших врагов. А чтобы их изобличить, надо поискать в их словах вредный смысл. Например, программа называется «Учитель для России».

Почему «для», вопрошает Михалков? А потому, отвечает он, что этих учителей засылает нам Запад, чтобы, ну разумеется, подорвать нашу систему образования.

И неважно, что учителя в этой программе – российские граждане, обучавшиеся в российских вузах. Ведь эта программа задумана и впервые реализована в Америке! А там она называется «Образование для всех». Чувствуете, спрашивает нас бесогон, для всех! Ширпотреб, значит!

И неважно, что тезис «Образование для всех» – это лозунг проекта ЮНЕСКО, в создании которого Россия принимала самое деятельное участие, кто теперь об этом помнит.

И тем более неважно, что смысл этой фразы в том, что каждый ребенок достоин хорошего образования, независимо от того, живет ли он в городе или в селе, в богатой семье или бедной. Именно программа «Учитель для России» старается направить своих участников туда, куда неохотно едут выпускники педагогических вузов, где работать трудно, но где живут дети, которые тоже достойны иметь хорошее образование. Герман Греф, говорит Михалков, считает, что систему образования надо менять. Понятно! Он хочет насаждать чуждые нам ценности. А мы-то считаем, что ее надо хранить как зеницу ока. Неважно, что мир вокруг изменился до неузнаваемости, а сейчас во время пандемии тем более, и что пожилые учителя в селах часто не умеют пользоваться компьютерными средствами, а молодые ребята из программы ими прекрасно владеют и могут помочь и коллегам, и детям. Нет, назад, к грифельным доскам, гусиным перьям и указкам. Почему? А потому что… вот тут внимание. Надо слышать интонацию, с которой Михалков произносит: «У них даже на сайте написано, что они (громко, пафосно) агенты!» И дальше почти шепотом, скороговоркой: «изменений». То есть у ребят написано, что они хотели бы быть агентами перемен в нашей школе, сделать так, чтобы она соответствовала времени, а Михалков слышит только одно любезное каждому доносчику слово «агенты».

Пересказывать весь донос – дело неблагодарное, но рецепт, который дает наш бесогон, понятен: сначала надо найти слова и фразы, которые, будучи вырванными из контекста, можно понять как подрыв устоев.

Так, если сказано, что учителем можно стать без педагогического образования, то неважно, что дальше говорится о том, что это образование программа «Учитель для России» как раз и предлагает получить и очно, и заочно, и что на ней преподают лучшие педагоги страны. Вообще рассказывать о том, для чего программа и как она работает – не задача бесогона. Главное для него – сразу заподозрить и авторов, и участников в продажности и настойчиво на это намекать. Как известно, громче всего «Держи вора!» кричит тот, кто бежит впереди толпы, унося украденное. А чтобы всему сказанному верилось еще больше, надо напомнить про разные проблемы системы образования. Неважно, что программа «Учитель для России» в них неповинна, глядишь, и в этих ошибках ее заподозрят.

Так что могу поздравить Никиту Сергеевича с его первым учебным пособием по политическим доносам и пожелать ему того самого первого кнута, который полагается доносчику.



Новости





























































Поделиться