Учебники // Тема дня

Экспертиза учебников: снова в повестке дня

28 декабря 2018 года Минпрос утвердил Федеральный перечень учебников на 2018–2019 годы, в который вошли 863 учебника, а более 500 учебников, не прошедших дополнительную экспертизу, остались за бортом. (Напомним, что в 2004 году Федеральный перечень учебников включал в себя около 3 тыс. наименований, в 2014 году его урезали до 1505, затем до 1370, а теперь и вовсе до 863).

Экспертиза учебников: снова в повестке дня
Фото: maxzosim.com

Это решение было принято, несмотря на возражения издательств и известных ученых, в том числе академика РАО, члена Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Александра Асмолова, вопреки возражениям представителей РАО, на базе которой проводилась дополнительная экспертиза.

Впрочем, за это решение проголосовали большинство членов научно-методического совета по учебникам при Министерстве просвещения Российской Федерации 7 декабря 2018 года. И вот 8 февраля история повторилась. Прежде чем перейти к подробностям заседания последнего совета по учебникам, попробуем разобраться: почему так происходит?

Откуда берутся непатриотичные, экстремистские, нетолерантные учебники?

На протяжении последних лет образовательное ведомство ужесточает правила экспертизы учебников с целью сокращения перечня. Так, в 2014 году были установлены три государственные экспертизы: научная,педагогическая и общественная. Каждую выполняют три независимых друг от друга эксперта, и если есть хотя бы одно заключение «против» при двух «за», учебник в школьную программу не попадет. Так случилось с учебником по математике для начальной школы Людмилы Петерсон, который пользуется огромной популярностью среди педагогов и родителей. Учебник прошел научную экспертизу, но получил отрицательную педагогическую – как непатриотичный и нетолерантный.

И сейчас много шума наделал школьный учебник по экономике, который был исключен из Федерального перечня учебников (ФПУ) за недостаточный патриотизм.

Последний вариант порядка формирования ФПУ был утвержден Приказом Министерства образования №870 от 18 июля 2016 года: по сравнению с 2014 годом он кардинально не поменялся. Остались те же обязательные экспертизы – научная (для учебников истории еще научная историко-культурная экспертиза), педагогическая, общественная. Кроме этого, для учебников по родным языкам и литературе народов России необходимы этнокультурная и региональная экспертизы.

Но при этом, согласно обновленным правилам, заказчики экспертизы получили право самостоятельно определять экспертные организации из списка, установленного министерством (РАН, РАО, РАНХиГС, МГУ и ряд других), а Министерство получило право направлять учебники на дополнительную экспертизу в случае противоречивых отзывов на учебник (точнее, завершенную предметную линию учебников).

А противоречивые отзывы на учебники неизбежны.

Дело в том, что одним из самых спорных звеньев в этой цепочке остается педагогическая экспертиза, которая, помимо соответствия учебника ФГОС и дидактическим критериям (что вполне резонно), должна ответить на ряд «щекотливых» вопросов: не содержит ли учебник призывов к экстремизму и терроризму; способен ли он вызывать у детей желание употребить наркотические, табачные изделия, алкогольную и спиртосодержащую продукцию; побуждают ли осуществлять насильственные действия по отношению к детям и животным…

Понятно, что ответы на такие вопросы будут очень субъективными. А еще – непрофессиональными, поскольку педагогический эксперт должен определить, не противоречит ли данная предметная линия Конституции РФ и федеральному законодательству.

Долой формалистику, да здравствует содержание!

На это обратил внимание вице-президент РАО Владимир Лаптев, возглавивший в декабре прошлого года комиссию академии, созданную в целях проверки организации и проведения дополнительной экспертизы школьных учебников.

Комиссия пришла к выводу, что основная причина возникших споров – в несовершенстве самой процедуры экспертизы.

Так, если в заключении эксперта хотя бы один из обязательных пунктов, по которым оценивается учебник, имеет негативный ответ, учебник получает отрицательное заключение. Даже в том случае, если указанный недостаток легко устраним.

«Есть целый ряд пунктов, в том числе достаточно жесткие, которые не позволяют однозначно сделать вывод – это тот учебник, по которому нужно учить молодежь, либо его необходимо отклонить. В педагогической экспертизе есть вопросы не педагогического свойства, на которые приходится отвечать эксперту. Например, связанные с поиском признаков экстремизма или побуждения к межнациональной розни. Это другой предмет экспертизы – юридической, этической или структурно-содержательной», – отметил Лаптев в своем выступлении на заседании Президиума РАО, состоявшегося 19 декабря прошлого года.

В интервью корреспонденту «ВО» Владимир Лаптев так сформулировал рекомендации ученых по итогам того обсуждения:

Во-первых, экспертиза – это важная, но не единственная составляющая работы над учебником, и она не должна стать самоцелью. Главная цель – создание качественного учебника.

Во-вторых, следует экспертировать не только линейку учебников по той или иной дисциплине, а проанализировать ее связь с учебниками по другим предметам.

А то получается, что по истории в 7 классе дети изучают Французскую революцию, а по литературе в это же самое время «Песню про купца Калашникова».

То есть необходимо отслеживать межпредметные связи.

В-третьих, следует отказаться от жесткой формалистики, а в первую очередь оценивать содержательную сторону учебника».

И главное резюме, пожалуй: экспертиза должна предусматривать возможность внесения исправлений в учебники до того, как их издадут.

То есть в идеале эксперт должен начинать работу с автором на стадии рукописи, а завершающим этапом должна стать обязательная апробация учебника в школе .Только после этого можно вносить его в Федеральный Перечень.

Но это мечты, а что мы имеем в реальности?

Решением научно-методического совета от 7 декабря 2018 года более 500 учебников, получившие отрицательные заключения по итогам дополнительной экспертизы, не вошли в Федеральный перечень учебников на 2018–2019 годы, а 8 февраля решением того же научно-методического совета на дополнительную экспертизу были отправлены еще 490 учебников, поступивших на рассмотрение с 10 сентября по 10 ноября минувшего года.

В их числе – 156 учебников для младших классов, 235 – для средних и 99 – для старших. Выпущены учебники издательским центром«Вентана-Граф», «Астрель», «Дрофа», входящими в состав корпорации «Российский учебник», а также издательствами «Академкнига/учебник», «Титул» и другими, в том числе региональными, выпускающими учебники по национальным языкам. Полный список, указанный в письме Министерства просвещения, прилагается.

«Сначала надо поменять правила, а потом проводить экспертизу»

По словам зампреда комитета Госдумы по образованию и науке, член научно-методического совета по учебникам при Министерстве просвещения РФ Олега Смолина, за предложение Минпроса проголосовали все члены научно-методического совета (присутствовали на заседании 20 из 36). Против проголосовал Олег Смолин и воздержался Андрей Гудков, референт Управления Президента Российской Федерации по научно-образовательной политике Администрации Президента.

Олег Николаевич так прокомментировал свою позицию:

«В частности, я говорил о том, что, опять направляя учебники на дополнительную экспертизу, мы выражаем недоверие тем, кто проводил первые и основные. А это Российская академия наук (многие заключения подписаны президентом РАН Александром Сергеевым), Российская академия образования (заключения подписаны экс-президентом РАО Людмилой Вербицкой) и РАНХиГС.

Я предлагал вынести на отдельное обсуждение учебники для детей с ограниченными возможностями здоровья и учебники по национальным языкам и литературе.

Мотивировал это тем, что, в отличие от ситуации с учебниками для массовой школы, в этих сферах вообще нет конкуренции, таких учебников не хватает, затягивать с их включением в ФП неправильно, поскольку мы оставляем без учебников определенные категории детей, может быть, еще на год.

В завершение своей речи отметил, что при такой системе , основная задача, которую ставит Минпрос – сократить ФП – невыполнима».

Олег Смолин не согласен с позицией Министерства просвещения, которое, по его словам, «меняет правила игры во время игры».

С его точки зрения, «следует действовать в соответствии с существующим порядком, чтобы включить учебники, получившие положительные экспертные заключения, в ФП, а затем менять процедуру и по ней уже проводить новую партию учебников».

При этом он отмечает, что «все члены Совета признали неправильной ситуацию, при которой издательства сами платят за экспертизу, которую они же и заказывают».

Кроме того, депутат подверг критике регламент работы научно-методического совета по учебникам при Минпросе, когда буквально накануне заседания рассылаются только результаты экспертизы учебников, а проект решения выносится уже в процессе заседания.

«Кстати, положение о научно-методическом совете по учебникам составлено так, что мы должны обсуждать каждый учебник, получивший положительную экспертизу, если бы мы хотели исключить его из Перечня. Но это по определению невозможно», – отметил Олег Смолин.

Олег Николаевич обратил внимание на отсутствие многих членов Совета на заседании 8 февраля. Он связывает это с тем, что 8 февраля совпал с празднованием Дня науки, а поскольку некоторые члены Совета имеют прямое отношение к этой сфере, они были заняты на разных мероприятиях в это время. Например, на заседании отсутствовал президент РАО Юрий Зинченко, да и сама министр просвещения Ольга Васильева.

Вместо нее вела заседание ее заместитель Татьяна Синюгина.

Кстати, члены Совета не получили ответа, может быть, на главный вопрос (его задал Татьяне Синюгиной вице-президент РАН Алексей Хохлов): кто будет проводить дополнительную экспертизу?

Иными словами, учебники были направлены неизвестно куда и неизвестно зачем?

«Многие учебники, представленные в Федеральном перечне, устарели с точки зрения современной науки»

Академик РАН, научный руководитель Института всеобщей истории РАН, член научно-методического совета по учебникам при Министерстве просвещения Александр Чубарьян проголосовал за решение Минпроса отправить все представленные учебники на дополнительную экспертизу, включая те, которые имели и отрицательные, и положительные заключения.

«Основная проблема заключается в том, что комплиментарных отзывов на учебники много, и это не может не вызывать настороженное отношение, – поясняет свою позицию известный историк – Дело в том, что экспертизы заказывают издательства, они же ее оплачивают.

Поэтому члены совета еще в декабре прошлого года высказали очень серьезные замечания по поводу механизма и порядка экспертиз. У себя в РАН мы уже начали эту работу с целью улучшения экспертизы. Для начала следует пересмотреть состав экспертов, который давно не обновлялся.

Критерии тоже надо привести в соответствие с современными требованиями – со стороны экспертов РАО это дидактические требования, со стороны РАН – научная составляющая школьного предмета.

Многие учебники, представленные в Федеральном перечне, устарели сточки зрения современной науки. Это заметно на примере и естественных наук, не говоря уже про гуманитарный цикл.

Очень важно представлять в учебниках разные точки зрения по спорным вопросам. С учетом всех этих позиций нужно совершенствовать процедуру экспертизы».

По словам Александра Огановича, члены научно-методического совета обратились к руководству Минпроса с просьбой ускорить подготовку предложений по совершенствованию экспертизы. В частности, как от считает, дополнительная экспертиза должна стать переходным этапом на пути к новой процедуре.

Также было принято решение создать при научно-методическом совете профильные рабочие группы по различным школьным предметам, чтобы более подробно обсуждать учебники по химии, математике, истории и т.д.

Кроме того, по мнению ученого, необходимо учитывать мнения педагогов. Например, в декабре прошлого года состоялось Общероссийское совещание учителей истории и обществознания, на котором проводился мониторинг мнений по поводу качества учебников. Результаты анкетирования планируется передать в издательства для того, чтобы они учли эти замечания.

А судьи кто?

В то же время, если мы внимательно посмотрим список членов научно-методического совета по учебникам, мы увидим там, безусловно, много уважаемых людей, но в основном, это чиновники, директора крупных НИИ, руководители региональных органов управления образованием. Исключение составляет разве что Андрей Сиденко, учитель информатики средней школы № 29 Мытищинского района Московской области, победитель Всероссийского конкурса «Учитель года – 2013», вошедший в десятку самых влиятельных педагогов мира по версии учительское сообщества США Connect Learning Today.

Достойная личность, бесспорно, но может ли он отвечать «за всю Одессу»?

Игра в монополию?

Нельзя не сказать и о закрытости работы Совета, о деталях которого мы вынуждены узнавать со слов его участников. Помнится, во времена министра образования и науки Дмитрия Ливанова процесс обсуждения экспертизы учебников был более открытым, хотя и не менее скандальным (достаточно вспомнить исключение из ФПУ вышеупомянутого учебника по математике для начальных классов Людмилы Петерсон).

Сегодня издательства и авторы учебников словно бродят впотьмах.

Вот как об этом говорит генеральный директор корпорации «Российский учебник» Александр Брычкин:

«Поскольку мы не видели протокола решения научно-методического совета (от 8 февраля – О.Д.) и о его содержании судим только по сообщениям СМИ, мы не понимаем, какие именно сомнения возникли у членов НМС и Минпросвещения по поводу каждого из наших учебников и на каком основании их направили на дополнительную экспертизу. Кроме того, мы не знаем, в какие именно организации были направлены учебники на допэкспертизу. В целом, как нам представляется, это решение нарушает порядок формирования ФПУ, установленный самим министерством».

Не видели издатели и предложений Совета по изменению оплаты экспертизы учебников.

«Процедура экспертизы и решений министерства в этой сфере представляются очень закрытыми и непрозрачными», – констатирует Александр Брычкин.

Причину сложившейся ситуации глава крупнейшей издательской корпорации, множество учебников которой попало «под нож» дополнительной экспертизы, видит в монополизации рынка учебной литературы.

«У нас де-факто уже сложилась монополия одного издательства, доля которого составляет около 70% государственных закупок учебников.

В связи с последним изменением ФПУ доля издательской группы «Просвещение» может вырасти до 85-90%., и это отрицательно скажется на качестве российского школьного образования», – отмечает Александр Валерьевич.

Приводим полностью текст его интервью «ВО» и официальный ответ АО «Просвещение».



Обсуждение

{{ comment.user }}
{{ comment.date }} / Ответить

Ответ на сообщение от {{ comment.reply_date }}

{{ comment.text }}

Комментарий удален

Ваше сообщение будет первым!

Новое сообщение

Вы отвечаете на сообщение от {{ reply_comment.date }} Удалить ссылку на ответ

Отправлять сообщения могут только авторизованные пользователи.
Ваше сообщение будет первым!

Новости





























































Поделиться