Учебники // Тема дня

Экспертиза учебников: снова в повестке дня

28 декабря 2018 года Минпрос утвердил Федеральный перечень учебников на 2018–2019 годы, в который вошли 863 учебника, а более 500 учебников, не прошедших дополнительную экспертизу, остались за бортом. (Напомним, что в 2004 году Федеральный перечень учебников включал в себя около 3 тыс. наименований, в 2014 году его урезали до 1505, затем до 1370, а теперь и вовсе до 863).

Экспертиза учебников: снова в повестке дня
Фото: maxzosim.com

Это решение было принято, несмотря на возражения издательств и известных ученых, в том числе академика РАО, члена Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Александра Асмолова, вопреки возражениям представителей РАО, на базе которой проводилась дополнительная экспертиза.

Впрочем, за это решение проголосовали большинство членов научно-методического совета по учебникам при Министерстве просвещения Российской Федерации 7 декабря 2018 года. И вот 8 февраля история повторилась. Прежде чем перейти к подробностям заседания последнего совета по учебникам, попробуем разобраться: почему так происходит?

Откуда берутся непатриотичные, экстремистские, нетолерантные учебники?

На протяжении последних лет образовательное ведомство ужесточает правила экспертизы учебников с целью сокращения перечня. Так, в 2014 году были установлены три государственные экспертизы: научная,педагогическая и общественная. Каждую выполняют три независимых друг от друга эксперта, и если есть хотя бы одно заключение «против» при двух «за», учебник в школьную программу не попадет. Так случилось с учебником по математике для начальной школы Людмилы Петерсон, который пользуется огромной популярностью среди педагогов и родителей. Учебник прошел научную экспертизу, но получил отрицательную педагогическую – как непатриотичный и нетолерантный.

И сейчас много шума наделал школьный учебник по экономике, который был исключен из Федерального перечня учебников (ФПУ) за недостаточный патриотизм.

Последний вариант порядка формирования ФПУ был утвержден Приказом Министерства образования №870 от 18 июля 2016 года: по сравнению с 2014 годом он кардинально не поменялся. Остались те же обязательные экспертизы – научная (для учебников истории еще научная историко-культурная экспертиза), педагогическая, общественная. Кроме этого, для учебников по родным языкам и литературе народов России необходимы этнокультурная и региональная экспертизы.

Но при этом, согласно обновленным правилам, заказчики экспертизы получили право самостоятельно определять экспертные организации из списка, установленного министерством (РАН, РАО, РАНХиГС, МГУ и ряд других), а Министерство получило право направлять учебники на дополнительную экспертизу в случае противоречивых отзывов на учебник (точнее, завершенную предметную линию учебников).

А противоречивые отзывы на учебники неизбежны.

Дело в том, что одним из самых спорных звеньев в этой цепочке остается педагогическая экспертиза, которая, помимо соответствия учебника ФГОС и дидактическим критериям (что вполне резонно), должна ответить на ряд «щекотливых» вопросов: не содержит ли учебник призывов к экстремизму и терроризму; способен ли он вызывать у детей желание употребить наркотические, табачные изделия, алкогольную и спиртосодержащую продукцию; побуждают ли осуществлять насильственные действия по отношению к детям и животным…

Понятно, что ответы на такие вопросы будут очень субъективными. А еще – непрофессиональными, поскольку педагогический эксперт должен определить, не противоречит ли данная предметная линия Конституции РФ и федеральному законодательству.

Долой формалистику, да здравствует содержание!

На это обратил внимание вице-президент РАО Владимир Лаптев, возглавивший в декабре прошлого года комиссию академии, созданную в целях проверки организации и проведения дополнительной экспертизы школьных учебников.

Комиссия пришла к выводу, что основная причина возникших споров – в несовершенстве самой процедуры экспертизы.

Так, если в заключении эксперта хотя бы один из обязательных пунктов, по которым оценивается учебник, имеет негативный ответ, учебник получает отрицательное заключение. Даже в том случае, если указанный недостаток легко устраним.

«Есть целый ряд пунктов, в том числе достаточно жесткие, которые не позволяют однозначно сделать вывод – это тот учебник, по которому нужно учить молодежь, либо его необходимо отклонить. В педагогической экспертизе есть вопросы не педагогического свойства, на которые приходится отвечать эксперту. Например, связанные с поиском признаков экстремизма или побуждения к межнациональной розни. Это другой предмет экспертизы – юридической, этической или структурно-содержательной», – отметил Лаптев в своем выступлении на заседании Президиума РАО, состоявшегося 19 декабря прошлого года.

В интервью корреспонденту «ВО» Владимир Лаптев так сформулировал рекомендации ученых по итогам того обсуждения:

Во-первых, экспертиза – это важная, но не единственная составляющая работы над учебником, и она не должна стать самоцелью. Главная цель – создание качественного учебника.

Во-вторых, следует экспертировать не только линейку учебников по той или иной дисциплине, а проанализировать ее связь с учебниками по другим предметам.

А то получается, что по истории в 7 классе дети изучают Французскую революцию, а по литературе в это же самое время «Песню про купца Калашникова».

То есть необходимо отслеживать межпредметные связи.

В-третьих, следует отказаться от жесткой формалистики, а в первую очередь оценивать содержательную сторону учебника».

И главное резюме, пожалуй: экспертиза должна предусматривать возможность внесения исправлений в учебники до того, как их издадут.

То есть в идеале эксперт должен начинать работу с автором на стадии рукописи, а завершающим этапом должна стать обязательная апробация учебника в школе .Только после этого можно вносить его в Федеральный Перечень.

Но это мечты, а что мы имеем в реальности?

Решением научно-методического совета от 7 декабря 2018 года более 500 учебников, получившие отрицательные заключения по итогам дополнительной экспертизы, не вошли в Федеральный перечень учебников на 2018–2019 годы, а 8 февраля решением того же научно-методического совета на дополнительную экспертизу были отправлены еще 490 учебников, поступивших на рассмотрение с 10 сентября по 10 ноября минувшего года.

В их числе – 156 учебников для младших классов, 235 – для средних и 99 – для старших. Выпущены учебники издательским центром«Вентана-Граф», «Астрель», «Дрофа», входящими в состав корпорации «Российский учебник», а также издательствами «Академкнига/учебник», «Титул» и другими, в том числе региональными, выпускающими учебники по национальным языкам. Полный список, указанный в письме Министерства просвещения, прилагается.

«Сначала надо поменять правила, а потом проводить экспертизу»

По словам зампреда комитета Госдумы по образованию и науке, член научно-методического совета по учебникам при Министерстве просвещения РФ Олега Смолина, за предложение Минпроса проголосовали все члены научно-методического совета (присутствовали на заседании 20 из 36). Против проголосовал Олег Смолин и воздержался Андрей Гудков, референт Управления Президента Российской Федерации по научно-образовательной политике Администрации Президента.

Олег Николаевич так прокомментировал свою позицию:

«В частности, я говорил о том, что, опять направляя учебники на дополнительную экспертизу, мы выражаем недоверие тем, кто проводил первые и основные. А это Российская академия наук (многие заключения подписаны президентом РАН Александром Сергеевым), Российская академия образования (заключения подписаны экс-президентом РАО Людмилой Вербицкой) и РАНХиГС.

Я предлагал вынести на отдельное обсуждение учебники для детей с ограниченными возможностями здоровья и учебники по национальным языкам и литературе.

Мотивировал это тем, что, в отличие от ситуации с учебниками для массовой школы, в этих сферах вообще нет конкуренции, таких учебников не хватает, затягивать с их включением в ФП неправильно, поскольку мы оставляем без учебников определенные категории детей, может быть, еще на год.

В завершение своей речи отметил, что при такой системе , основная задача, которую ставит Минпрос – сократить ФП – невыполнима».

Олег Смолин не согласен с позицией Министерства просвещения, которое, по его словам, «меняет правила игры во время игры».

С его точки зрения, «следует действовать в соответствии с существующим порядком, чтобы включить учебники, получившие положительные экспертные заключения, в ФП, а затем менять процедуру и по ней уже проводить новую партию учебников».

При этом он отмечает, что «все члены Совета признали неправильной ситуацию, при которой издательства сами платят за экспертизу, которую они же и заказывают».

Кроме того, депутат подверг критике регламент работы научно-методического совета по учебникам при Минпросе, когда буквально накануне заседания рассылаются только результаты экспертизы учебников, а проект решения выносится уже в процессе заседания.

«Кстати, положение о научно-методическом совете по учебникам составлено так, что мы должны обсуждать каждый учебник, получивший положительную экспертизу, если бы мы хотели исключить его из Перечня. Но это по определению невозможно», – отметил Олег Смолин.

Олег Николаевич обратил внимание на отсутствие многих членов Совета на заседании 8 февраля. Он связывает это с тем, что 8 февраля совпал с празднованием Дня науки, а поскольку некоторые члены Совета имеют прямое отношение к этой сфере, они были заняты на разных мероприятиях в это время. Например, на заседании отсутствовал президент РАО Юрий Зинченко, да и сама министр просвещения Ольга Васильева.

Вместо нее вела заседание ее заместитель Татьяна Синюгина.

Кстати, члены Совета не получили ответа, может быть, на главный вопрос (его задал Татьяне Синюгиной вице-президент РАН Алексей Хохлов): кто будет проводить дополнительную экспертизу?

Иными словами, учебники были направлены неизвестно куда и неизвестно зачем?

«Многие учебники, представленные в Федеральном перечне, устарели с точки зрения современной науки»

Академик РАН, научный руководитель Института всеобщей истории РАН, член научно-методического совета по учебникам при Министерстве просвещения Александр Чубарьян проголосовал за решение Минпроса отправить все представленные учебники на дополнительную экспертизу, включая те, которые имели и отрицательные, и положительные заключения.

«Основная проблема заключается в том, что комплиментарных отзывов на учебники много, и это не может не вызывать настороженное отношение, – поясняет свою позицию известный историк – Дело в том, что экспертизы заказывают издательства, они же ее оплачивают.

Поэтому члены совета еще в декабре прошлого года высказали очень серьезные замечания по поводу механизма и порядка экспертиз. У себя в РАН мы уже начали эту работу с целью улучшения экспертизы. Для начала следует пересмотреть состав экспертов, который давно не обновлялся.

Критерии тоже надо привести в соответствие с современными требованиями – со стороны экспертов РАО это дидактические требования, со стороны РАН – научная составляющая школьного предмета.

Многие учебники, представленные в Федеральном перечне, устарели сточки зрения современной науки. Это заметно на примере и естественных наук, не говоря уже про гуманитарный цикл.

Очень важно представлять в учебниках разные точки зрения по спорным вопросам. С учетом всех этих позиций нужно совершенствовать процедуру экспертизы».

По словам Александра Огановича, члены научно-методического совета обратились к руководству Минпроса с просьбой ускорить подготовку предложений по совершенствованию экспертизы. В частности, как от считает, дополнительная экспертиза должна стать переходным этапом на пути к новой процедуре.

Также было принято решение создать при научно-методическом совете профильные рабочие группы по различным школьным предметам, чтобы более подробно обсуждать учебники по химии, математике, истории и т.д.

Кроме того, по мнению ученого, необходимо учитывать мнения педагогов. Например, в декабре прошлого года состоялось Общероссийское совещание учителей истории и обществознания, на котором проводился мониторинг мнений по поводу качества учебников. Результаты анкетирования планируется передать в издательства для того, чтобы они учли эти замечания.

А судьи кто?

В то же время, если мы внимательно посмотрим список членов научно-методического совета по учебникам, мы увидим там, безусловно, много уважаемых людей, но в основном, это чиновники, директора крупных НИИ, руководители региональных органов управления образованием. Исключение составляет разве что Андрей Сиденко, учитель информатики средней школы № 29 Мытищинского района Московской области, победитель Всероссийского конкурса «Учитель года – 2013», вошедший в десятку самых влиятельных педагогов мира по версии учительское сообщества США Connect Learning Today.

Достойная личность, бесспорно, но может ли он отвечать «за всю Одессу»?

Игра в монополию?

Нельзя не сказать и о закрытости работы Совета, о деталях которого мы вынуждены узнавать со слов его участников. Помнится, во времена министра образования и науки Дмитрия Ливанова процесс обсуждения экспертизы учебников был более открытым, хотя и не менее скандальным (достаточно вспомнить исключение из ФПУ вышеупомянутого учебника по математике для начальных классов Людмилы Петерсон).

Сегодня издательства и авторы учебников словно бродят впотьмах.

Вот как об этом говорит генеральный директор корпорации «Российский учебник» Александр Брычкин:

«Поскольку мы не видели протокола решения научно-методического совета (от 8 февраля – О.Д.) и о его содержании судим только по сообщениям СМИ, мы не понимаем, какие именно сомнения возникли у членов НМС и Минпросвещения по поводу каждого из наших учебников и на каком основании их направили на дополнительную экспертизу. Кроме того, мы не знаем, в какие именно организации были направлены учебники на допэкспертизу. В целом, как нам представляется, это решение нарушает порядок формирования ФПУ, установленный самим министерством».

Не видели издатели и предложений Совета по изменению оплаты экспертизы учебников.

«Процедура экспертизы и решений министерства в этой сфере представляются очень закрытыми и непрозрачными», – констатирует Александр Брычкин.

Причину сложившейся ситуации глава крупнейшей издательской корпорации, множество учебников которой попало «под нож» дополнительной экспертизы, видит в монополизации рынка учебной литературы.

«У нас де-факто уже сложилась монополия одного издательства, доля которого составляет около 70% государственных закупок учебников.

В связи с последним изменением ФПУ доля издательской группы «Просвещение» может вырасти до 85-90%., и это отрицательно скажется на качестве российского школьного образования», – отмечает Александр Валерьевич.

Приводим полностью текст его интервью «ВО» и официальный ответ АО «Просвещение».



Обсуждение

{{ comment.user }}
{{ comment.date }} / Ответить

Ответ на сообщение от {{ comment.reply_date }}

{{ comment.text }}

Комментарий удален

Ваше сообщение будет первым!

Новое сообщение

Вы отвечаете на сообщение от {{ reply_comment.date }} Удалить ссылку на ответ

Отправлять сообщения могут только авторизованные пользователи.
Ваше сообщение будет первым!

Другие статьи автора

Возвращение ядра

?? 2019 года Минпрос представил на широкое общественное обсуждение новый проект ФГОС начального общего образования. Предыдущие проекты были представлены в июле 2017-го и в марте 2018 года и вызвали шквал критики в адрес разработчиков со стороны педагогической общественности.

Новости





























































Поделиться