Образовательная политика // Тема дня

Педагогика социальной справедливости: пророчество или ошибка?

9 июля состоялось очередное заседание клуба «Норма и деятельность».

Педагогика социальной справедливости: пророчество или ошибка?
Иллюстрация: behance.net

В этот раз обсуждение было посвящено двум книгам это «Педагогика угнетенных» Паулу Фрейре и «Освобождение от школ» Ивана Иллича, в которых представлен альтернативный взгляд на то, каким должно быть образование.

«Глоток свежего воздуха для нового поколения»

Оба автора являются яркими представителями критической педагогики и, как верно заметил ректор МГПУ Игорь Реморенко, выбиваются из ряда традиционных классиков педагогики, таких как Ушинский, Выготский, Коменский.

«В их трудах прослеживается другая логика анализа и рассуждений о перспективах образования. Их размышления тесно связаны с философией, политикой и социальными изменениями», – отметил Игорь Реморенко.

Не случайно основатель Global Education Futures, эксперт Сколковского центра трансформации образования Павел Лукша акцентировал внимание на социально-политическом контексте, в котором были написаны книги обоих авторов.

Это был конец 1960-х – начало 1970-х годов, когда в мире происходили бурные изменения: в странах Латинской Америки, Африки, Юго-Восточной Азии шел процесс деколонизации; в Европе – студенческие волнения и во многом протестное движение хиппи на фоне борьбы за расовую и гендерную справедливость и ренессанса марксистских идей.

На взгляды Иллича и Фрейре, без сомнения, повлияли особенности их личной биографии.

Паулу Фрейре с детства познал нищету и голод, поэтому он искал справедливые решения для обделенных. Иллич, который вырос в более благополучных условиях, в зрелые годы своей жизни выступал против религиозной схоластики и впоследствии добровольно отказался от сана священника из-за конфликта с Ватиканом.

Несмотря на разное социальное происхождение и жизненные обстоятельства (Фрейре занимал руководящие посты в сфере образования Бразилии, после военного переворота в 1964 году был вынужден покинуть родину на 15 лет и преподавал в Гарварде и других зарубежных университетах, а Иллич долгое время был католическим священником и в то же время выступал с лекциями), их педагогические концепции во многом близки.

Оба рассматривают школу как институт порабощения, подавления, принуждения личности, как механизм закрепления социального неравенства.

Оба призывают перейти к «ученикоцентрированной» системе и «экономике самореализации», от автоматического усвоения информации – к самостоятельному познанию, предлагая альтернативные модели. Оба признают, что социальная справедливость и демократия напрямую зависят от организации процессов обучения, поэтому школа, педагогика неотделимы от общественно-политической жизни.

«Книги Иллича и Фрейре попадают точно в нерв эпохи. Происходит поворот педагогики в сторону социальной справедливости. Это был глоток свежего воздуха для нового поколения. Поэтому оба автора были признаны суперзвездами», – констатировал Павел Лукша.

В чем же заключаются их концепции?

Школа – банк, учитель – вкладчик, ученик – счет

Фрейре сравнивает школьную систему с банковской моделью, в которой ученик – это счет, а учитель – вкладчик. Вместо общения с учащимся преподаватель ограничивается формальными уведомлениями и продолжает делать вклады, которые ученики терпеливо принимают, запоминают и повторяют. Такова «банковская» концепция обучения, в которой дозволенные ученикам действия ограничиваются получением, систематизацией и хранением взносов.

«В школе выпололи все мысли. То, что осталось, похоже на поле», – писал Фрейре.

«Ученик – это “белая доска”, он должен соглашаться с тем, что ему рассказывают, и запоминать все, что передает учитель. Связь с реальной жизнью не важна, стиль обучения может быть очень пассивным.

“Банковская” модель – это начало дегуманизации и угнетения для нового поколения. Она удерживает систему угнетения, так как у учеников не возникает осознания, что угнетение и угнетатели реальны», – пояснил Павел Лукша.

Вместо действующей системы Фрейре предлагает модель «постановки проблем», когда учитель и ученик открыты диалогу. Границы между ними размываются, они учатся вместе друг с другом. По мнению Павла Лукши, диалогическая модель, разработанная бразильским ученым, предвосхитила педагогику сотрудничества.

Способность перейти к освобождению от угнетения у Фрейре напрямую увязывается с идеей «выращивания сознания», «критического сознания» или «консайентизации». Это процесс, когда человек учится видеть социальные, политические и экономические противоречия, в которых живет, различать идеологии и предпринимать действия, которые могут изменить общественную ситуацию (в первую очередь неравенство).

Педагогика не может стоять в стороне от этих процессов, и все зависит от того, насколько критично люди воспринимают свою внутреннюю несвободу.

Школа – фабрика, знания – упакованный товар, ученик – потребитель

Что касается Иллича, то его взгляд на систему образования во многом перекликается с позицией Фрейре (недаром их связывала дружба, а Иллич писал свою книгу «Освобождение от школ» под непосредственным влиянием своего латиноамериканского коллеги).

Так, Иллич считал, что школа не просто построена по модели фабрики – вся система образования работает как потребительский капитализм. Учитель-продавец поставляет ученикам-потребителям стандартизированный и упакованный товар (учебники, пособия), система оценки строится на «освоении» этих пакетов.

При этом никак не учитываются воображение, изобретательность, способность действовать в реальном мире (то есть то, что мы сегодня назвали бы «мягкими навыками»). Но в отличие от привычного рынка потребления ученики по сути лишены выбора – они вынуждены подчиниться учебному плану.

«Однажды позволив ограничить свою любознательность обучением по расписанию и учебному плану, молодые люди готовы подчиниться любому внешнему планированию. В итоге школа приучает нас к вере в покорность, потребление и прогресс», – писал Иллич.

Кроме того, ученый обвиняет школы в том, что они предлагают обществу новую религию надежды: они обещают вывести из нищеты тех, кто «будет хорошо учиться», но для большинства эта надежда оказывается ложной.

Однако Иллич не ограничивается критикой существующей системы образования – он, как и Фрейре, предлагает альтернативные варианты. Прежде всего это «сети совместного обучения» (learning webs), которые получили широкое распространение в эпоху интернета.

Однако Павел Лукша не спешит с оптимистическими выводами, поскольку, с его точки зрения, интернет может стать «инструментом манипуляций, который будет навязывать алгоритмы», что, к сожалению, уже происходит на практике.

В то же время идеи Иллича и Фрейре он считает чрезвычайно актуальными, потому что «борьба за справедливость – лозунг нашего времени, и это не только про неравенство, но и про инклюзию, про гендерные и расовые проблемы».

По мнению ученого, «мы находимся в моменте, когда нам надо выбрать не новые стандарты, подходы или платформу, мы находимся в развилке планетарного масштаба: мы стоим перед выбором между системной свободой или системным порабощением в цифровых мирах, с искусственным интеллектом».

Педагогика не может стоять в стороне от этих процессов, и все зависит от того, насколько критично люди воспринимают свою внутреннюю несвободу.

О заслугах и недостатках

Как считает научный руководитель Института образования НИУ ВШЭ Исак Фрумин, колоссальная заслуга Фрейре и Иллича состоит в том, что благодаря их трудам в современном образовании были достигнуты большие успехи.

«Мы видим совершенно другой уровень толерантности к угнетенным меньшинствам и сознательное отношение к социальному неравенству и социальной мобильности», – отметил ученый.

Однако, по его мнению, в российской педагогической культуре пока «не сформировалось внимание к детям из социально неблагополучных семей, потому что мы привыкли, что равенство обеспечено системой».

И если у директоров школ в западных странах социальная мобильность учащихся стоит на втором месте после безопасности, то у нас эта тема не является приоритетной.

В числе недостатков Иллича и Фрейре Исак Фрумин отметил отсутствие в их книгах опоры на возрастную психологию, как будто речь идет о взрослых людях, а не о детях.

На этот пробел обратил внимание и декан факультета педагогического образования МГУ имени М.В. Ломоносова Виктор Басюк. Не согласился он и с утверждением Иллича о том, что у ребенка есть врожденная готовность учиться; на самом деле основная задача, над которой бьются педагоги – это воспитание мотивации к познанию и помощь ребенку в выборе его индивидуального маршрута.

В отличие от Исака Фрумина и Виктора Басюка, безусловно признающих актуальность трудов Иллича и Фрейре, директор Института педагогики СПбГУ, научный руководитель программы СберКласс Елена Казакова начала свое выступление с того, что «чтение этих книг не очень актуально», и «потенциал критической педагогики в некоторой степени себя исчерпал».

По ее мнению, два великих педагога игнорируют важную функцию школы, которая заключается в социальном присмотре.

«Сегодняшние дети не могут оказаться вне того или иного института, в том числе из соображений безопасности. Современная семья не в состоянии заниматься присмотром и образованием ребенка одновременно», – убеждена Елена Козакова.

Неожиданный поворот в дискуссии

Выступление члена-корреспондента РАО Михаила Богуславского оказалось самым неожиданным. В частности, он заявил, что школа в понимании Иллича – это метафора, эвфемизм, обозначающий стереотипы сознания, навязывание экспертных оценок.

«Никакого отношения эта книга к школе как к социальному общественному институту не имеет. Это освобождение общества от схоластического мышления», – подчеркнул Михаил Богуславский.

Что же касается актуальности идей Иллича, то, с точки зрения ученого, идеология Иллича «перпендикулярна современной ситуации в России». В то же время предлагаемая им образовательная концепция соответствует нынешним реалиям, так как это «экосистема, где школа – лишь одна, не главная институция, а в качестве альтернативы – сетевая организация образования».

Отвечает требованиям сегодняшнего времени и учение Фрейре.

«Сейчас все ломают голову над тем, что делать со школами с низкими результатами. В России их насчитывается 10 546 – 24% от общего количества школ. Фрейре в 3-й главе своей книги “Педагогика угнетенных” дает полную программу, как эту ситуацию изменить», – констатировал Михаил Богуславский.

По мнению академика РАО Александра Асмолова, книги двух ученых знаменуют триумф идей преадаптации, которые опережают действующие нормы.

«Фрейре и Иллич как будто говорят нам: задумайтесь о сложности и разнообразии, именно избыточность дает нам возможность преадаптивного мира», – сказал эксперт.

В заключение научный руководитель Института проблем образовательной политики «Эврика» Александр Адамский отметил: «Хотя работы Иллича и Фрейре не задают полного цикла институционального развития, тем не менее они чрезвычайно полезны по двум основаниям: во-первых, они задают проблематизацию, во-вторых, они задают дух той нормы, на которой могут возникнуть институты. Это имеет первостепенное значение».



Новости





























































Поделиться