Педагогика // Тема дня

Педагогика сотрудничества

Уходящая натура или урок для будущего?

Педагогика сотрудничества

Часть первая

8 октября 2021 года состоялось заседание клуба «Норма и деятельность», посвященное 35‑летнему юбилею Манифеста педагогики сотрудничества.

В октябре 1986 года по инициативе главного редактора «Учительской газеты» Владимира Матвеева и писателя, педагога, мыслителя Симона Соловейчика в поселке Переделкино собрались учителя-новаторы, для того чтобы обсудить и представить педагогической общественности документ, выражающий их идеи по осуществлению гуманистической педагогики.

18 октября 1986 года в «Учительской газете» был опубликован Манифест педагогики сотрудничества, в числе важнейших тезисов которого были: сотрудничество школы с детьми и с родителями; учение без принуждения; изменение системы оценивания; идея свободного выбора и личностного подхода: коллективное творческое воспитание.

Заключительные слова манифеста звучали как призыв ко всем педагогам:

«Будем обновлять свои методы, будем обновлять свои отношения с детьми. Будем обновляться сами, будем сотрудничать с детьми и между собой».

Манифест подписали С.Н. Лысенкова, заслуженный учитель школы РСФСР, Москва, школа № 587; В.Ф. Шаталов, сотрудник Института усовершенствования учителей, учитель школы № 5, Донецк; И.П. Волков, заслуженный учитель школы РСФСР, кандидат педагогических наук, учитель школы № 2, Реутово Московской области; В.А. Караковский, заслуженный учитель школы РСФСР, кандидат педагогических наук, директор школы № 825, Москва; М.П. Щетинин, старший научный сотрудник Института общих проблем воспитания АПН СССР; Е.Н. Ильин, учитель-методист школы № 307, Ленинград; Ш.А. Амонашвили, профессор, доктор психологических наук, член-корреспондент АПН СССР, ректор НИИ педагогических наук им. Я.С. Гогебашвили, Тбилиси.

Идеи педагогов-новаторов, которых уже многие знали по ярким выступлениям в телестудии в «Останкино», произвели подлинный переворот в образовательном сообществе и были восприняты как прорыв в педагогике, как новая веха в развитии школы.

В первой части дискуссии экспертам было предложено ответить на вопрос: «Если 1986 год – это год педагогики сотрудничества, то каким стал 2021‑й в педагогике? Где мы находимся? Куда мы движемся?» Во второй части заседания участники клуба рассказали о том, как за эти годы оформилась их личная идея в педагогике и в чем формула образовательной политики каждого.

Взгляд из XXI века: с чего начинались реформы?

«Педагогика сотрудничества сыграла исключительную роль в развитии педагогической мысли и, самое главное, встряхнула практику. Многие учителя находились в поисках нового, и была борьба с Академией педагогических наук, – рассказал завлабораторией гуманной педагогики МГПУ Шалва Амонашвили, один из авторов манифеста. – И академия встала на дыбы. Дело в том, что традиционная академия не принимала ничего нового, велась борьба. Партия тоже инициировала прогрессивные реформы, но то, что, сделали авторы манифеста, – это была революция.

Нам, новаторам, было очень трудно, потому что где-то нас ругали, где-то охаивали. Кто-то был на грани.

Нам покровительствовал Виктор Рябов, в то время замзаведующего отделом науки и учебных заведений ЦК КПСС, и не давал нас растоптать».

«На грани» оказался и сам Амонашвили, который подвергся резкой критике со стороны Министерства просвещения Грузии за буржуазные тенденции и абстрактный гуманизм в педагогике.

«Сейчас идеи педагогики сотрудничества вошли в учебники педагогики, но они рассматриваются как достояние авторитарной педагогики. Педагогика сотрудничества не имеет границ в своем развитии и остается ориентиром движения учительства», – подчеркнул Амонашвили.

По справедливому замечанию научного руководителя Института проблем образовательной политики «Эврика» Александра Адамского, во второй половине 1980‑х годов произошло несколько знаковых событий, которые послужили импульсом к появлению манифеста.

Во-первых, создание ВНТК «Школа-1» под руководством академика Евгения Велихова, который подготовил и осуществил введение первых уроков информатики в школе.

Во-вторых, создание ВНИК «Школа» под руководством Эдуарда Днепрова, назначенного вскоре министром образования РСФСР.

Результатом работы его коллектива стали проект нового устава школы и Концепция развития общего образования в СССР. Эти документы были одобрены Всесоюзным съездом работников народного образования, прошедшим в декабре 1988 года.

В-третьих, активность «Учительской газеты», которая благодаря ее главному редактору Владимиру Матвееву и публицисту Симону Соловейчику стала центром инновационного педагогического движения.

Но был и еще один фактор, на который обратил внимание Александр Адамский, – это реформа «сверху» системы общего образования, утвержденная постановлением Верховного Совета СССР от 12 апреля 1984 года «Об основных направлениях реформы общеобразовательной и профессиональной школы».

Возникает вопрос: почему ЦК КПСС проявил такую инициативу? Трудно поверить, что партийными органами двигала охота к переменам. Вывод, к которому пришел Александр Адамский, заключается в том, что наследники большевиков понимали, что образование – это прежде всего политика.

«К 1980 году наши замечательные деятели увидели, что система советского образования уже не справляется с воспроизводством законопослушных граждан и доверять ей решение этой задачи рискованно. И тут вдруг стало ясно, что это способны осуществить новаторы, которые на протяжении многих лет бодаются с властью, с устаревшими школьными порядками, как бодался теленок с дубом в одноименном произведении Солженицына. Они знают, как организовать коллективное творческое воспитание, как обучать без двоек, как сохранить человеческое достоинство, как с первого класса не убить мотивацию к обучению», – отметил Адамский.

Однако, по его мнению, ошибка партийных реформаторов заключалась в том, что, с их точки зрения, «эти замечательные средства образования можно встроить в авторитарную систему формирования законопослушных граждан, но ракета начала свой полет в другом направлении».

Какой вывод из этого следует?

Настоящая педагогика на чужих целях не работает. Эффективная, продуктивная педагогика продуцирует собственные цели, как и любая осмысленная деятельность. Однако и сегодня наивные ведомственные чиновники полагают, что можно актуализировать эффективные методики воспитания, не применяя инструментов самоопределения, развития личности, продуцирования собственных целей.

«Образование не может быть сервильным, послушным власти, в противном случае это уже образовательная услуга», – считает Александр Адамский.

Против течения

По мнению директора Школы антропологии будущего РАНХиГС Александра Асмолова, вся идеологическая система 80‑х годов, включавшая обучение и воспитание, имела дело с психотипом советского человека, в сознании которого, как в матрице, всегда был образ врага, бегство от принятия решений, от выбора.

А педагоги-новаторы пришли в старую систему с новыми гуманистическими ценностями, с идеями сотрудничества, нарушив неписаные правила «сиди и жди – придумают вожди» и «сверху виднее». Но поскольку они тоже были советскими людьми, они хотели в той системе «сеять разумное, доброе, вечное».

Вместе с тем ценность педагогики сотрудничества Асмолов видит в том, что ее основатели были преадаптантами, которые пытались найти новые пути и трансформировать мир образования. Они бодались с дубом, пытались переделать административную систему, но в определенных заданных ареалах.

«И, несмотря ни на что, педагогика сотрудничества, как цветок, проросла сквозь асфальт и дала возможность по-другому видеть мир и мыслить каждому из нас.

Педагогика сотрудничества задала ценностные перспективы рождения «возможного человека», как говорил Мераб Мамардашвили. И в этом ее историческое значение – именно потому, что каждый из мастеров педагогики сотрудничества не просто бодался с дубом, а в своем роде опрокидывал и вырывал корни той системы, в которой они существовали, и в которой во многом мы сегодня живем», – считает ученый.

Педагогический караул устал, инициатива переходит к родителям?

И тогда возникает вопрос: способно ли образование изменить общество? На этот вопрос участники дискуссии отвечали по-разному, но в целом оптимистично.

«На наше общество влияют разные факторы, но образование – самый мощный из них, – убежден Шалва Амонашвили. – Для меня главная проблема – в сознании учителей. Вслед за Ушинским я могу повторить: «Где хорошие учителя – там хорошие ученики». Если у нас будут хорошие учителя, то многое можно сделать».

В то же время он с сожалением отметил, что, будучи в жюри конкурса «Учитель года», он увидел «прекрасных молодых учителей, которые ищут новое в рамках авторитарного процесса».

«Если мы ответим на запрос, который сегодня существует, – воспитать самостоятельных людей, то появятся граждане, которые самостоятельно выстраивают государство, а не то государство, которое им предлагают», – убежден главный редактор издательства «Первое сентября» Артем Соловейчик.

Эту позицию разделяет и президент Межрегиональной тьюторской ассоциации Татьяна Ковалева, которая считает, что изменение общества через образование происходит постепенно, причем застрельщиками перемен могут быть не только учителя, но и родители.

Например, когда Татьяна Ковалева начинала свою педагогическую деятельность в качестве директора авторской школы в Академгородке Томска (а это как раз была вторая половина 1980‑х), родители особо не вмешивались в дела школы, доверяя своих детей на «аутсорсинг» педагогам, авторитет которых для них был непререкаем.

«Я помню, что когда мы организовали школу для родителей по развивающему обучению, то у нас родители сидели, открыв рот, и сами изучали математику, фонемы по русскому, и тогда такой эпицентр субъектности был именно в молодом учительстве», – вспоминает Татьяна Ковалева.

По ее словам, в то время молодые учителя создавали творческие союзы, ездили по всей стране перенимать опыт педагогов-новаторов, а сейчас, по ее словам, «педагогический караул устал, у молодых учителей потухшие глаза, им надо готовиться к ЕГЭ, они умирают от кучи бумаг».

Но сегодня инициативу перехватило новое поколение родителей, это уже не те люди, которые смотрят на учителя раскрыв рот, а которые делают выбор в пользу семейного образования. Иными словами, конкуренция на образовательном рынке растет, появляются все новые и новые альтернативы, казалось бы, незыблемой школьной системе, и, что особенно примечательно, по словам Татьяны Ковалевой, современные родители знакомы с педагогикой сотрудничества и воспринимают ее принципы как ориентиры.

Декларации или программа действий?

По мнению главного редактора «Учительской газеты» Арслана Хасавова, пока новаторов, равных по масштабу авторам легендарного документа, в наших школах нет, но их уникальные идеи не всегда востребованы.
Например, методики Виктора Шаталова, которые были сверхпопулярны в 1980‑е годы, сегодня не востребованы ни на Украине, ни в России.

Значит ли это, что ценности, провозглашенные авторами легендарного Манифеста педагогики сотрудничества, стали хотя и общепризнанным достоянием педагогической науки, но не реализуются на практике?

Профессор Ульяновского государственного педагогического университета имени И.Н. Ульянова Сергей Поляков рассказал о том, что в 2007 году он провел исследование по реализации в школьной практике 13 идей педагогики сотрудничества. Разброс получился от 20 до 50%. Это не так уж мало. Но что происходит в 2021 году? На этот вопрос у специалистов нет ответа, потому что нет исследований массовой школьной практики, и это серьезная проблема, которую необходимо решать.

Вместо педагогики для всех – педагогика для каждого

Однако нельзя не согласиться с участниками дискуссии в том, что за 35 лет реалии нашей жизни кардинально изменились – помимо цифровой революции большое влияние на жизнь общества оказывают ограничения, связанные с пандемией. Теперь уже говорить о безусловной свободе личности не приходится: ведь, как точно заметила педагог из США Юлия Турчанинова, «любой полицейский может оштрафовать за нарушение масочного режима, и на этом ваша свобода закончится».

Поэтому и принципы педагогики сотрудничества подвергаются неизбежной трансформации и переосмыслению.

«Социально-политическая роль педагогики сотрудничества была государственнической и одновременно эмансипаторской, – отметил завкафедрой образования и педагогических наук Академии психологии и педагогики Южного федерального университета Александр Бермус. – Это был ориентир не на слова, не на декларации, не на идеологические штампы, это была программа, рассчитанная на реальные результаты и действия. Ребенок должен был получить в свое распоряжение полный арсенал современной ему культуры».

В то же время эксперт подчеркнул, что «потом это поколение новаторов сознательно отодвинули на задний план, перестройку «снизу» сменили государственные реформы, были предложены современные инструменты, такие как индивидуальные образовательные траектории, цифровые технологии, система объективных показателей (ЕГЭ), альтернативное образование.

«Но насколько эти феномены являются однозначными и, безусловно, позитивными и как они связаны с идеологией педагогики сотрудничества?» – поделился своими сомнениями Александр Бермус.

Действительно, вокруг ЕГЭ и применения цифровых технологий в образовательном процессе до сих пор не умолкают споры, а что касается индивидуальных образовательных траекторий, то они были провозглашены в Манифесте педагогики сотрудничества, только в другой формулировке – «личностный подход».

Сегодня эта идея получает самое широкое распространение, выходя едва ли не на первый план.

«Время всеобщего влияния того или иного способа безвозвратно ушло, – утверждает Александр Адамский. – Симон Львович Соловейчик написал последнюю книгу – «Педагогика для всех». Теперь мы говорим о педагогике для каждого. И в этом трансформация сознания восприятия педагогики и образования».

Часть вторая

Идеи для нового манифеста: свобода, развитие, многообразие, результат.

Очень важным оказался второй круг дискуссии. Участникам обсуждения было предложено озвучить личную формулу образовательной политики и по примеру педагогов-новаторов составить новый манифест, исходя из реалий нашего времени. И вот какие идеи были представлены.

Шалва Амонашвили: «Истинно гуманное образование – это воспитание духа человеческого», – писал Ушинский. Понятие духовности вошло и в новые стандарты, и в программу воспитания. Но это понятие никак не могут освоить учителя. Если хотя бы 5% учителей возьмутся за воспитание духа человеческого, общество продвинется дальше. А дальше нас ждут великие открытия, которые принесут благо, если их сделают культурные люди».

Артем Соловейчик: «Именно честность – это результат внутренней свободы. Справедливость – это результат внутренней свободы. Эффективность – это результат внутренней свободы. То есть все, что мы хотим, без этого недостижимо. Если мы ставим во главу угла воспитание человека, который не теряет потребности в самореализации, то как раз это есть тот свободный, самостоятельный человек, с которым не очень легко родителям, учителям и государству. Поэтому настала эра провозгласить свободу не в социуме, а свободу внутри каждого из вас».

Татьяна Ковалева: «Если мы ставим задачу развития, то осуществить ее невозможно без выбора, без альтернативы. И если в советские времена альтернативой учителю был репетитор, то сейчас появились тьюторы, а это другая педагогическая культурная позиция, которая сама по себе становится таким раздражающим фактором, провоцирующим развитие».

Алексей Семенов: «Результативное образование – это наличие общего результата и общей цели для всех участников образовательного процесса: для ребенка, учителя, администрации школы. Это и есть сотрудничество, которое дало какие-то результаты, какой-то опыт. Результат учителя измеряется по соотношению с прогнозом, который вытекает из предшествующей истории обучения ребенка.

Если ты из двоечника воспитал троечника, то это и есть замечательный результат, и это должно быть реализовано в образовательной политике.

Результат расширенной личности – это человек с ручкой, компасом, мобильником, Интернетом, который живет в современном цифровом мире и именно там эффективен и преадаптивен».

Александр Адамский: «На первом флаге «Эврики» в «Учительской газете» в 1985 году было написано: «Свобода. Развитие. Многообразие». С тех пор, мне кажется, это наиболее правильный педагогический набор идей. Что касается образовательной политики, я верю в институты, и в этом смысле формирование я-институциональных принципов снижает роль всеобщих, тотальных институтов влияния. Время всеобщего влияния того или иного способа безвозвратно ушло. Уже не будет всеобщих педагогик. На смену им придет педагогика для каждого».

Общий вывод участников заключается в том, что педагогика сотрудничества может нам дать сегодня внимание к современности, к совместности, к сотрудничеству. Совместное пребывание в культуре, в истории, в деятельности – это самый главный урок, который мы должны извлечь из манифеста педагогов-новаторов.



Новости





























































Поделиться