Психология // Тема дня

Любовь к Сталину как проявление Стокгольмского синдрома

70% россиян положительно оценивают роль Сталина в истории СССР и мировой истории. Таковы результаты опроса, проведённого «Левада-центром». Мы попросили прокомментировать эти рекордные показатели и объяснить, что стоит за любовью к Сталину, российского психолога Александра Асмолова.

Любовь к Сталину как проявление Стокгольмского синдрома

Результаты опроса «Левада-центра», даже если мы вслед за социологом Григорием Юдиным допустим, что за самим стилем опроса стоят установки диссидентского мышления поколения «шестидесятников», к которым я отношу и самого себя, доказывают, что советская идеология была одним из самых мощных инструментов исторического программирования сознания людей, имеющего уникальное, разворачивающееся на наших глазах долгодействие.

В истории культуры есть немало феноменов, которые, как психологический рентген, помогают увидеть различного рода мотивы поведения отдельных людей, а также мотивы поведения больших и малых социальных групп. Среди загадочных и порой парадоксальных явлений встречается явление, которое называется Стокгольмским синдромом.

Если не уходить в детали, сущность парадоксальной реакции, названной Стокгольмским синдромом, состоит в том, что жертвы начинают любить своих мучителей и благодаря этому психологически смиряются с позицией жертв.

Это приводит к актуализации различных приемов психологической защиты, помогающих заложникам ослабить воздействие таких травм, как потеря достоинства и даже страх перед смертью. И в итоге заложники начинают искать оправдание тем, кто в буквальном смысле совершает над ними психологическое или физическое насилие. Этому феномену трудно найти рациональное объяснение. Тем не менее со Стокгольмским синдромом мы имеем дело постоянно в разных ситуациях, когда те или иные люди захватываются террористами, как описывает история терроризма.

Почему я вспомнил о Стокгольмском синдроме, когда увидел опрос «Левада-центра», в котором говорится о том, что многие из опрошенных идеализируют Сталина, считают, что при Сталине была справедливость, был Золотой век и вообще всё было слаще, лучше и добрее?

Откуда берётся политическая и психологическая слепота в буквальном смысле слова, скотома души, из-за которой из исторической памяти пропадает тот факт, что именно при Сталине миллионы людей были убиты, замучены, искажены судьбы?

Почему выпадает из человеческого сознания даже у тех, кто не жил никогда при Сталине, сколько бы они ни читали книг, понимание, что именно Сталин привёл к тому, что Советский Союз стал одной из наиболее живучих тоталитарных, закрытых систем в истории культуры?

Можно ли это объяснить?

Нет ни одного объяснения, которое на сегодняшний день могло бы дать однозначную интерпретацию данному феномену.

Стокгольмский синдром – одна из опций анализа этой ситуации, один из возможных взглядов на неё.

Другой взгляд, о котором я писал неоднократно, состоит в том, что в ходе жизни в тоталитарной системе вырабатывается особый тип человека, который иногда называют Homo Soveticus. Для Homo Soveticus характерно несколько ведущих черт этого психотипа.

Первая – вера в существование центра, который всё знает, всё понимает и от всего обережёт. И отсюда получается, что в жёстких тоталитарных системах, когда верят, что только жёсткая централизованная власть обеспечивает справедливость, порядок, безопасность, и возникают многочисленные явления, которые мы называем «культ личности».

Системный анализ показывает, что дело не только и не столько в установках личности. Реально мы имеем дело с особой инверсией: культ центра порождает культ личности.

Мы можем это чётко увидеть в исторической динамике. Вряд ли можно сказать, что Ким Ир Сен, Сталин, Мао Цзэдун, Чаушеску или Муссолини похожи друг на друга характерологически, похожи как личности. Вместе с тем они имеют общие характеристики психотипа и в буквальном смысле оправдывают социальный характер системы, ориентированной на культ личности.

Подчёркиваю ещё раз, в тоталитарных системах у людей, живущих в них, возникает культ центра, производным от которого является культ личности и в известной мере превращение того идола, которому поклоняются, в отца народов, отца нации.

Имеем ли мы продолжение этой ситуации? Она достаточно инерционна в России.

И хотя Сталина уже нет, в буквальном смысле те, кто голосуют за Сталина, поддерживают Сталина, по своему психотипу являются наследниками Сталина, людьми, которые в буквальном смысле слова в жизни выбирают идолопоклонство.

За Сталина голосуют, его поддерживают, перед ним падают ниц идолопоклонники. Отсюда мы сталкиваемся с грустным фактом: диагностика, проведённая «Левадой», выявляет идолопоклонничество как мощную политическую установку психологического поведения в больших и малых социальных группах.

Вторая черта человека, которого называют «гомо советикус» и которая выработалась в тоталитарных системах, – это поиск врага, поиск конфликта. Всё время нужен враг. Эта черта связана с тем, что наличие врага предполагает, что всегда есть кризис.

Я не знаю ни одной такой страны, которая бы столь страстно любила свой кризис, как наша с вами страна.

Почему? Потому что кризис, конфликт, депрессия – это всегда оправдание жёстких действий, и именно в кризисе централизованная система управления получает своего рода легитимизацию, своего рода оправдание. И отсюда поиск врага как оправдание кризиса – ещё одна черта поведения «гомо советикус». Те, кто голосует за Сталина, так или иначе сразу оказываются в позиции тех, кто всюду, как в белой горячке, видят демонов, врагов и оказываются поражёнными эпидемией ненависти.

Наконец, третья черта, характеризующая тех, кто голосует за Сталина – бегство от принятия решений, бегство от свободы. Эта черта была описана великолепным исследователем, гуманистическим психоаналитиком Эрихом Фроммом в его книжке «Бегство от свободы». Эта черта также связана с тем, что у людей в ситуации бегства от свободы, ситуации страха самим принимать решение, страха войти в открытую дверь возникает ещё одно явление – выученной беспомощности.

Вы помните Марью-искусницу? Что воля, что неволя – всё одно.

За любовью к Сталину стоит индульгенция на пассивность, на собственное бездействие. Отсюда отождествление между собой Бога и кесаря (монарха, вождя, дуче, генерального секретаря…).

Для идолопоклонников предпочтительна жизнь стоя на коленях и тяга к простым решениям сложных вопросов.

Таким образом, мы имеем три черты, характеризующие особенность психотипа идолопоклонников уже нашего времени. Отсюда и мотивационный профиль личности тех, кто голосует, поддерживает, выбирает такого идола, каким был беспощадный тиран Иосиф Виссарионович Сталин.

Для нас, людей, связанных с развитием образования, мечтающих об образовании как уникальном пути личности к свободе, к раскрытию человеческого потенциала через школу возможностей, подобные результаты диагностики показывают, сколь широк социальный слой тех, кто будет поддерживать любые действия, превращающие Россию в архаическую страну. Это те, кто боятся перемен.

Поддержка Сталина – это своеобразная диагностика людей, для которых боязнь перемен является чертой, характеризующей поведение в ситуации растущих вызовов неопределённости, сложности и разнообразия.

Вакциной, исцеляющей от тоталитарного мышления, для многих из нас были замечательные произведения Александра Солженицына, такие как «Архипелаг ГУЛАГ», антиутопия Дж. Оруэлла «1984» и «Ферма животных»… Но уроки истории и искусства, увы, не всегда избавляют от травм и стереотипов. И, как писал Александр Галич, «…никого еще опыт не спасал от беды».

Поэтому, если отойти от жанра аналитики, грусть и боль возникает в душе, когда понимаешь, насколько любые действия, направленные на то, чтобы мы жили в гражданском обществе, свободной стране, культуре достоинства, разбивается о могучий сопромат массового сознания особого слоя влюблённых – влюблённых в Сталина, которые остаются заложниками этой любви, а тем самым психологически и социально идолопоклонниками.



Обсуждение

{{ comment.user }}
{{ comment.date }} / Ответить

Ответ на сообщение от {{ comment.reply_date }}

{{ comment.text }}

Комментарий удален

Ваше сообщение будет первым!

Новое сообщение

Вы отвечаете на сообщение от {{ reply_comment.date }} Удалить ссылку на ответ

Отправлять сообщения могут только авторизованные пользователи.
Ваше сообщение будет первым!

Другие статьи автора

«Гражданское общество должно быть психологически здоровым обществом»

На заседании Совета по правам человека вчера была создана новая комиссия по образованию и науке. В нее вошли замечательный исследователь ВШЭ Анита Соболева, один из уникальных мастеров понимания социальной и образовательной политики Татьяна Марголина, также по моей просьбе будет участвовать Николай Сванидзе, и тут, на мой взгляд, комментарии излишни.

Новости





























































Поделиться