Без рубрики // Рецензия

Лондон 60-х или ностальгия по времени, когда всё стало возможным

Почему я советую посмотреть британский фильм Дэвида Бэтти My Generation (в нашем прокате он называется по-английски, по-русски – «Мое поколение») родителям вместе с детьми-подростками?

Лондон 60-х или ностальгия по времени, когда всё стало возможным
Фото: banterflix.com

Во-первых, потому что наши дети мало что понимают про историю Европы (да и России, тоже). А, во- вторых, потому что им интересно будет узнать про бескровную революцию, которую в 60-е годы прошлого века совершили молодые англичане. Революцию не только культурную, давшую миру «The Beatles, «The Rolling Stones», «The Who», но и мировоззренческую.

Бывшие кокни стали сэрами

Это документальный фильм о 60-х. Рассказчиком является знаменитый британский актер Майкл Кейн. Вернее, сэр Майкл Кейн, удостоившийся за свою многолетнюю карьеру двух «Оскаров» и трёх «Золотых глобусов»; рыцарь-бакалавр, командор ордена Британской империи. А причиной всех этих заслуг являются события, произошедшие в 60-е годы прошлого века.

Дело в том, что в чопорные 50-е Майкл и подумать не мог даже о том, что станет актером (хотя, всегда об этом мечтал). Общество тогда было четко структурировано, будущее программировалось происхождением человека. И вырваться из низов – наверх – было невозможно. А обладатель аристократической внешности Майкл Кейн родился в семье грузчика на рыбном рынке и поварихи и уборщицы. То есть, ему ничего не светило. Если бы… не события, свершившиеся в 60-е.

«Я надеюсь, что умру раньше, чем состарюсь»

А случилось то, что на смену добропорядочным 50-м, когда в кино действовали лишь герцоги и герцогини, а новости на радио читал человек, одетый во фрак (зачем? его же никто не видел!), пришли нарушившие все вековые каноны 60-е. На улицы вышел рабочий класс, люди из социальных низов, которые заявили: мы здесь, и мы никуда не уйдем. И нам плевать, что вам это не нравится. То ли сыграли роль безработица и кризис, то ли вырвалась загнанная внутрь несвобода (количество перешло в качество), то ли подросло первое послевоенное поколение, но факт остается фактом: улицы Лондона заполонила молодежь, и отнюдь не аристократическая.

Майкл Кейн процитировал кого-то из представителей того поколения: «Я надеюсь, что умру раньше, чем состарюсь». Стабильность и заурядность, скучные дамы в шляпках и важные мужчины в котелках сменились веселыми коротко-стриженными девушками в мини-юбках и длинноволосыми молодыми людьми с гитарами.

Люди, которые были рождены для того, чтобы всю жизнь быть слугами, стали создателями новой, свободной культуры.

По словам Майкла Кейна, они оказались первым поколением, которое смогло что-то изменить. Поп-арт сцена стала преображать образ Лондона. Появились «The Beatles», «The Rolling Stones», «The Who»… Кстати, в картине есть забавный эпизод: диалог битлов с роллингами, которые сообщают, что с ними заключили контракт на звукозапись, а песни-то у них и нет. Тогда «Beatles» говорят: да не вопрос! И дарят «роллингам» свою песню. Вот такие были высокие отношения!

Вместо «фрачного» радио в эфире зазвучало пиратское «Радио Кэролайн», незаконно гонявшее популярную музыку с корабля, стоявшего в пяти километрах от территориальных вод Великобритании. Про эту радиостанцию в 2009-м был снят фильм Ричарда Кёртиса «Рок-волна».

Бывшие рабочие пошли учиться в школы искусств, стены домов начали разрисовывать граффити, в клубах выступали Битлз.

По словам Майкла Кейна, который в 60-е получил роль английского офицера-аристократа, а отнюдь не кокни (в молодости он мог мечтать лишь об этом), люди стали встречаться, обмениваться идеями, и это толкало их к творчеству.

Битлз от парикмахерского искусства

Творчество было во всем – в том числе – в дизайне одежды (тогда реформаторы пришли к заключению, что нужно делать округлую одежду, ведь женские формы – округлые; а юбки стали короче некуда). Творчество коснулось даже дизайна причесок. Так, Видал Сассун начал стричь волосы, как ткани (учитывая их структуру), и они от этого делались живыми. Он выстраивал стрижки, ставшие впоследствии его визитной карточкой, на основании анатомических ориентиров по точкам, находившимся на линиях челки, висков, проборов, затылка и на углу среза волос. Сэр Видал Сассун тоже мог не состояться, не будь революции 60-х: еврей,потомок эмигрантов из Украины, родившийся и живший в детские годы в одном из самых бедных районов Лондона, в начале 1960-х годов он сумел представить на суд мира известный круглый пятиконечный боб – стрижку под названием Five Point. Революция заключалась в четкости линий, которые подчеркивали геометрию лица без капли лака.

По мнению «Нью-Йорк Таймс» (1965), Видал Сассун, сделавший женские стрижки минималистичными и элегантными, – просто «Битлз от парикмахерского искусства».

А еще, женские стрижки становились короткими, а мужские – длинными. Все это ужасало чопорных аристократов, и двигало жизнь вперед.

Начало конца

Ну, а потом в фильме возникает тема наркотиков (свобода – она свобода во всем). Хиппи в лондонском Гайд-Парке и в нью-йоркском Централ-парке – выступают против ареста за наркотики Мика Джаггера. А еще – были выступления Леннона и Маккартни на пресс-конференции в Америке против войны во Вьетнаме. В ответ на все это добропорядочные британские старики разворачивают компанию против «развратной молодежи», против тех же самых наркотиков, которые, к слову сказать, многих из поколения 60-х и сгубили.

Этот фильм можно назвать ностальгией по «свингующему Лондону», по свободе во всем. Ностальгией по тому времени, когда вдруг всё стало возможным. Когда творчество «не герцогов и не герцогинь», а обычных молодых людей, вырвалось наружу. А, значит, оно копилось где-то внутри.

Открытым остается вопрос: почему все это кончилось?

Впрочем, не совсем так. Вспомните нынешнее британское кино, сериалы, музыку и литературу, британскую моду. Помню, когда я, лет 15 назад, брала интервью у Вячеслава Зайцева, будучи уверенной, что столица моды – Париж, он мне возразил: да нет, это Лондон!

Наверное, не будь в 60-е той «культурной революции», того мощного взрыва творческой энергии, и Британия была бы сегодня тихим островом, заботливо консервирующим свои аристократические традиции. Да и мир был бы немножко другим.



Новости





























































Поделиться