Образовательная политика // Тема дня

Скованные одной цепью: школьные стандарты, социальное равнодушие и детский суицид


Скованные одной цепью: школьные стандарты, социальное равнодушие и детский суицид
Фото: dirclub.ru

Жанр моего послания – особый. Оно представляет собой обращение ко всем, кто ещё не оглох от равнодушия к детям и не разучился слушать и слышать иноходь поколений.

Оно адресовано тем, кто понимает неочевидную человеческую истину: страна гибнет тогда, когда мы становимся неинтересны своим собственным детям.

Начну с того, что на днях один из коллег бросил мне ироничную фразу: «Ну что это вы с Ямбургом так волнуетесь из-за каких-то там “Фигосов”? Подумаешь, ещё какая-то толстая инструкция непрофессиональных чиновников. Кого всё это колышет?» И действительно, кого из взрослых людей, весьма далёких от ритуальных танцев Минпроса, тревожит очередная фантасмагория со спринтом вокруг введения школьных стандартов, которые чиновники Минпроса поклялись во что бы то ни стало «вышить» к декабрю 2019 года?

Выступления с критикой этих стандартов совпали с переживанием трагедии преждевременного ухода из жизни Михаила Щетинина, нестандартная школа которого стала «красной тряпкой» для чиновников разных мастей.

Подобные выступления Шалвы Амонашвили, Евгения Ямбурга, Анатолия Цирюльникова, Александра Адамского, Александра Асмолова и Натальи Солженицыной воспринимаются чиновниками как назойливые истерики ветеранов движения. Именно так поименовал нас недавно один из высокопоставленных чиновников Министерства просвещения.

Может, и правда нам всем стоит замолчать, как уже замолчали Щетинина, и в упор не видеть того, что вытворяют с образованием опрокидывающие его во мглу с осени 2016-го идолопоклонники палочной педагогики? Ведь у нас такой надежный опыт молчания − учителей, родителей, семей, − которому можно только позавидовать. Этот травматичный опыт настоян на въевшихся в самые глубины сознания страхах, репрессиях и благостном конформизме. Напомню, диагноз истоков подобного молчания и равнодушия поставлен еще Александром Галичем:

«Мы давно называемся взрослыми

И не платим мальчишеству дань.

И за кладом на сказочном острове

Не стремимся мы в дальнюю даль.

[…]

И не веря ни сердцу, ни разуму,

Для надежности спрятав глаза,

Сколько раз мы молчали по-разному,

Но не против, конечно, а за.

Где теперь крикуны и печальники?

Отшумели и сгинули смолоду...

А молчальники вышли в начальники.

Потому что молчание − золото.

[…]

Вот как просто попасть − в палачи:

Промолчи, промолчи, промолчи…»

Промолчим, дорогие мои учителя и педагоги, собратья по профессиональному цеху.

Промолчим, члены Совета по правам человека − борцы с бесправием, защитники общества равных жизненных шансов и самовоплощения человека.

Промолчим – ведь школа так далека от народа, в том числе и от политиков и депутатов. И кому из них дело до каких-то там школьных стандартов, до ситуации поголовного контроля детей и учителей, которая превращается Минпросом в норму обыденной жизни. Да и кого волнует то, что перманентное ожидание «К нам едет ревизор» вновь становится повседневным страхом учительского сознания. Наши учителя уже постоянно ждут, что к ним придут и скажут: «Я тебя бить не буду. Я тебя просто не аттестую и не отлицензирую». И поспешат дать нашим учителям фельдфебелей − в Вольтеры.

А если кто-то осмелится нарушить обет раболепного молчания, сказав всему миру, как в своё время Эмиль Золя и Владимир Короленко бросили обществу: «Я обвиняю», то их поименуют истериками или облачат в одеяния безумца, как Петра Чаадаева.

Давайте, давайте же действительно будем благоразумны и помолчим. И тогда ещё обзаведемся спасительной слепотой к очевидным рискам и трагичным последствиям столь далеких от нас школьных стандартов. Помолчим и перестанем замечать, что с введением новых ФГОСов в действие будет запущена взрывная реакция, трагическая цепь событий. Вот звенья этой драматичной цепи: Перегруженное и неинтересное для детей безликое содержание образования → Мозаичная клиповая картина мира → Изнасилованное сиюминутным репрессивным контролем сознание учителей → Всеобщая демотивация и обезличивание → Поголовная потеря интереса к образованию у детей и учителей → Посерение и ликвидация любого выбора, любого разнообразия, любой вариативности в школе → Распад и без того зыбкой связи поколений – учителей, родителей и детей → Уход детей из школ в социальные сети → Рост тревожности, агрессии, буллинга, жестокости, травли учителей, детей и родителей → Всплеск детских и подростковых суицидов.

Особо подчеркну то, что в этой цепи являет собой абсолютное зло.

Абсолютное зло – это безальтернативность существования, тотальная блокировка в самом зародыше самой возможности выбора.

И именно уничтожение вариативности, права на выбор, ликвидация ценностной установки на персонализацию (на развитие личности) помещает подготовленный Минпросом школьный стандарт в пространство абсолютного зла.

Как бы я хотел ошибиться и в своём прогнозе роста детских суицидов! Уж и не знаю с чего начинается Родина, но точно знаю, что и Родина, и Жизнь умерщвляются равнодушием, потерей интереса к школе и к жизни.

Самая тяжелая трагедия грозит обществу тогда, когда мы с вами становимся неинтересными и банальными для наших собственных детей и внуков; неинтересными со всеми нашими политическими и экономическими страстями и разборками. И именно это может привести к разрыву связи времен и в конечном счете обернуться в буквальном смысле гибелью цивилизации.

«О чём это вы?» − спросят меня. И почему и Шалва Амонашвлили, и Евгений Ямбург, и Наталья Солженицына не спешат записаться в молчальники? И с какой это стати вы связываете несвязуемое – школьные ФГОСы и всплески подростковых суицидов?

Повторюсь: я бы очень и очень хотел ошибиться в своем прогнозе. Но промолчите. Закутайтесь в равнодушие. И тогда вы скоро сами убедитесь в правоте провидения Александра Галича:

«Вот как просто попасть – в палачи:

Промолчи, промолчи, промолчи…»



Новости





























































Поделиться