Качество образования // Статья

Как живет «Умка» в сужающемся пространстве возможностей?

Съела она уже свою собаку или в процессе?

Как живет «Умка» в сужающемся пространстве возможностей?

Развивающее обучение, тьюторство, переход к школе-парку, постепенный отказ от «домашек» и отметок, развитие заочной формы обучения, поддержка «семейников», школа осознанного родительства – мог ли учредитель такое терпеть у себя в системе? Вопрос не риторический. Мог бы, если бы обладал рядом необходимых качеств, и не только терпеть, но и не мешать, просто честно выполняя свою часть обязательств.

Школа, в центре внимания которой находится категория субъектности, не может быть объектом управления, она может быть субъектом развития общего образовательного ландшафта города. Ее образовательная среда заточена под индивидуализацию и выбор человека – эйджизм здесь неуместен: учитель, ребенок, родитель – все имеют право на субъектную позицию.

И вот где собака зарыта.

На одной чаше весов «школы субъектности» – технологии развития нового качества образования, которое не заканчивается медалями, олимпиадами, баллами ЕГЭ, не исключает их, но точно не приносит в жертву этим богам человека: ни ребенка, ни учителя, ни родителя.

На другой чаше весов – учредитель с марксовским «отчуждением труда»: он забыл, что существует не ради своего KPI, не ради рейтингов, не ради медалей, грамот и похвалы начальства за витринные показатели, а ради вот этих странных детей, которые имеют право на свой выбор темпа и результативности обучения, ради этих странных учителей, которые имеют право на выбор эффективной, с их точки зрения, образовательной технологии, ради этих странных семей, которые имеют право расширять возможности своих детей, подталкивая школу к изменениям.

В какой момент чиновник перестал соблюдать законодательство, вводя единые электронные журналы – хотя это прерогатива образовательного учреждения; вводя единую форму, хотя о ней нет нигде никаких законодательных следов, предавая индивидуализацию, прописанную во ФГОС, вводя профильные классы с 5-го класса… кто ж знает.

Мне он напоминает недолюбленного ребенка, который очень хочет понравиться взрослым, но не знает как, потому что вырос в нестабильной психологической обстановке, когда он не знает, что выкинет в последний момент пьющая мамка… потому что не стал субъектом своего развития. Поэтому приспособился как-то выживать и любым способом нравиться начальству, а не служить горожанам: семье, ребенку, учителю, ради которых был принят на работу. Чем старше становится этот ребенок, тем наглее и самоувереннее он добирает любовь к себе.

А чьими молитвами тогда, чем живет «школа субъектности»? Выстраиванием партнерских отношений внутри своего комьюнити, сетевыми связями с суперпрофессионалами, а их много, очень много, сонастройкой с экспертами внутри профильного ведомства, где чиновников мало, но много экспертов, знатоков своего дела, коллег, счастливо избежавших «отчуждения труда».

Когда умрет авторская школа? Наверное, тогда, когда «отчужденность» станет тотальной, когда учитель забудет о ребенке, родитель забудет об учителе, а ребенок забудет о будущем.

Но вот последнее невозможно, и значит – живем!

Записала Нина Добрынченко-Матусевич



Новости





























































Поделиться