Очерк // Тема дня

Татьяна Ковалева: Мне просто повезло в профессиональной жизни…

Ее профессиональную карьеру без преувеличения можно назвать блестящей. Руководитель группы индивидуализации и тьюторства МГПУ, президент Межрегиональной тьюторской ассоциации, Почетный работник общего образования, доктор педагогических наук, профессор…
  • 08:43 | 23 ноября 2017
  • 683
  • 1

Татьяна Ковалева: Мне просто повезло в профессиональной жизни…
Фото из личного архива Татьяны Ковалевой

Но свои успехи она чаще всего объясняет простым везением, как будто какой-то невидимый ангел направлял ее жизнь в нужное русло, устраивая встречи с интересными людьми, сыгравшими в ее судьбе важную, а порой и определяющую роль. Но на самом деле причина ее достижений не в случайных счастливых совпадениях, а в личных качествах. В их числе – сила воли, целеустремленность, недюжинные организаторские способности, четкий математический ум, доставшийся по наследству от деда по отцовской линии – Михаила Орлова.

И, конечно, как это ни банально звучит – любовь к своему делу и фанатичная преданность ему. Все это, а не добрый ангел, помогло ей преодолеть трудности и препятствия, встававшие на ее пути.

В поисках призвания

Татьяна Ковалева (до замужества Орлова) о своем призвании задумалась довольно-таки рано.

Татьяна Ковалева, 1969 г.

Когда ее родители уехали в длительную командировку, они отправили ее на три года в маленький провинциальный городок Бийск Алтайского края, где жила ее бабушка по маминой линии, всю жизнь проработавшая учительницей начальной школы.

«И когда я к ней приехала, то, конечно, была поражена тем, что мне казалось, что весь город ее знает, – вспоминает Татьяна. – Потому что, куда мы с ней ни ходили: в магазин, в библиотеку, по дороге ее останавливали, разговаривали с ней. И бабушка мне все время говорила: “Это мои ученики. Это дети моих учеников. Это родители моих учеников”. И потом, когда я пришла в школу, то она директору школы говорила, что это моя внучка из Москвы, потом продолжит учиться в Москве, поэтому ты давай с ней построже. И тут вдруг выяснилось, что и директор ее ученик».

И вот именно тогда наша героиня осознала, что есть такие профессии, которые приносят радость людям и делают нужными, узнаваемыми, любимыми тех, кто эту профессию выбрал.

Правда, родители Татьяны никакого отношения к педагогике не имели – они были обычными инженерами, оба закончили Московский энергетический институт, там познакомились и поженились.

Оленева Нина Дмитриевна, мама Татьяны Ковалевой.

Но Татьяна до сих пор убеждена, что ее отец не был инженером по призванию, хотя и успешно трудился в этой сфере, имел знаки отличия и т.д., а по-настоящему его с самого детства привлекала карьера артиста. Однако путь в театральные вузы, как, впрочем, и во многие другие, ему был закрыт из-за «плохой» анкеты – он был сыном врага народа. Его отца Михаила Орлова, блистательного ученого, директора Института математики в Киеве, в возрасте 34 лет ставшего академиком, арестовали по делу об убийстве Кирова и расстреляли. Расстреляли талантливого человека, который, если бы пожил подольше, по прогнозам специалистов, мог получить Нобелевскую премию и принести славу своей стране. Но эта жизнь оборвалась, как говорится, на полуслове и в какой-то мере перечеркнула жизнь его сына.

Орлов Михаил Михайлович, отец Татьяны Ковалевой.

А внучка никогда не забывала о своих корнях и позже, уже будучи взрослым человеком, специально изучала в архивах дело своего деда и даже ездила в место ссылки своей бабушки по отцовской линии в затерянный городок Шенкурск Архангельской области… А после школы поступила в МГПИ имени Ленина на математический факультет, где, кстати, на четвертом курсе изучала теорему имени своего деда. Но это случилось позже, а после возвращения из Бийска в Москву она увлеклась популярным в то время коммунарским движением, и не просто увлеклась, а очень активно в него включилась. Тогда в столице действовала целая сеть районных пионерских штабов, при которых организовывались разновозрастные отряды. В Куйбышевском районе, в котором жила Татьяна, таким отрядом руководили Ефим Штейнберг и Александр Тубельский. Они сумели уйти от идеологии, которой грешили в то время такие организации, к живому, интересному общению.

«Конечно, мы стояли в карауле на Красной площади, мы, конечно, поздравляли делегатов съезда, – вспоминает Татьяна, – но, главное, была дружба с ребятами из штаба, которая сохранилась по сей день, походы, выступления в Домах ветеранов и концерты для сельских жителей, совместные дни рождения, вечера поэзии».

Татьяна Ковалева в «Орленке».

А еще – встречи с интересными людьми, такими как поэт Юрий Левитанский и режиссер Вячеслав Спесивцев, ставивший новаторские спектакли для детей.

Лето она проводила на традиционных сборах в лагерях пионерского актива. Одна из таких смен Татьяне запомнилась больше всего, поскольку там фактически и определилась ее дальнейшая профессиональная судьба. Ей тогда было лет 14–15, и она с ребятами собирала черешню. И там, во время сбора урожая, Александр Тубельский спросил ее, куда она думает поступать. Она ответила: «Может быть, на психологию». На что Александр Наумович заметил: «Ты знаешь, ничего нет интереснее педагогики. Потому что как психолог ты будешь, конечно, анкетирования и тестирования проводить, а педагогика – это реальная, живая практика. И я нисколько не жалею, что сам когда-то выбрал этот путь».

Это был второй момент, когда наша героиня задумалась о педагогической профессии: с одной стороны, перед ее глазами был пример бабушки, с другой стороны – Александра Наумовича, с которым впоследствии она общалась на равных как коллега и даже помогала ему создавать знаменитую Школу самоопределения. Александра Наумовича Тубельского уже давно нет в живых, а вот Ефим Борисович Штейнберг, ее старший друг и учитель, до сих пор руководит разновозрастным отрядом «Надежда» на базе одного из учреждений дополнительного образования г. Москвы. Ребята здесь не просто занимаются танцами, пением или спортом, но и выступают с концертами в Домах ветеранов и инвалидов, в воинских частях, организуют детские праздники.

Недавно этот отряд отметил свой 57-летний юбилей, на который вместе с ровесниками Татьяны, участниками разновозрастного отряда тех лет, собрались уже их дети и внуки. И когда нашу героиню спрашивают, откуда у нее столько энергии на проведение различных тьюторских конференций и других масштабных мероприятий, она без сомнений отвечает: «Заряд организационной работы мне дал отряд “Надежда”».

Именно тогда она научилась все успевать: учиться и быть активной в общественной жизни, что помогает ей в нынешних реалиях при ее востребованности работать одновременно и в Московском городском педагогическом университете, и в Томском государственном университете руководить лабораторией.

И уже с детства у нашей героини проявилась способность сохранять дружбу «через годы, через расстоянья» и стремление жить полной, насыщенной интересными событиями жизнью, а не замыкаться только на учебе. По признанию самой Татьяны, оглядываясь назад, она вспоминает не столько школу, сколько жизнь за пределами школьного пространства, то, что принято сегодня называть «открытым образованием».

Счастливые совпадения

Такая же история повторилась и в институте, где главным для нее стала не учеба (хотя училась она всегда успешно), а общественная жизнь и возможность выбирать разнообразные занятия вне стен родного МГПИ.

Дело в том, что на втором курсе ее выбрали в Ленинский районный совет народных депутатов города Москвы, что дало ей право свободного посещения.

И она этим правом воспользовалась в полной мере: посещала лекции в других вузах, ездила в командировки, принимала участие в различных педагогических проектах Александра Тубельского и Ефима Штейнберга.

Благодаря этому у нее накопился опыт вожатской работы, и так сложилось, что после третьего курса надо было обязательно пройти практику в пионерском лагере. По итогам конкурса лучших вожатых отправляли в «Артек» и «Орленок».

Нетрудно догадаться, что наша героиня этот конкурс успешно выдержала, и ее отправили в «Орленок».

И тогда она сама и многие из ее окружения обратили внимание на ряд совпадений: девичья фамилия Татьяны была Орлова, и все смеялись, что Орлова приехала в «Орленок», который тогда, в 1980 году, отпраздновал свой 20-летний юбилей. И нашей героине в ту пору исполнилось 20 лет.

И там ей опять повезло встретиться с интересными людьми, сыгравшими важную роль в ее дальнейшей профессиональной карьере, например, с Олегом Газманом.

И, конечно, там у нее появилось много друзей, в числе которых – Володя Ковалев из Томска, за которого она вскоре вышла замуж и после окончания МГПИ уехала в Томск.

Клятва барабанщика

Томск ни тогда, ни сейчас не был провинцией. Да, это был сибирский город, удаленный от столицы и в то же время являвшийся одним из важных центров студенческой и научной жизни страны.

Здесь был академгородок – мир со своей неповторимой атмосферой, со своими школами. В одну из них – школу № 9 – и пошла работать Татьяна Ковалева.

И здесь опять в ее судьбе сыграл роль счастливый случай. Оказалось, что эта школа работает по эксперименту известного ученого Эдуарда Костяшкина, который посвятил свои педагогические труды школе полного дня и, в частности, теме самоподготовки. Татьяна защитила диплом о самоподготовке по математике как раз под руководством Костяшкина. Поэтому в школе № 9 ее с радостью приняли и дали два пятых класса, в одном из которых она стала классным руководителем. Директор школы Григорий Абрамович Псахье ее поддерживал, как, впрочем, и других учителей. На переменах дети толпой набивались в его кабинет, чтобы просто поговорить. Он сочетал в себе уникальные педагогические и человеческие качества: строгость, принципиальность, требовательность, с одной стороны, и душевную щедрость, мудрость, готовность прийти на помощь – с другой.

А помощь в тот период Татьяне была очень нужна: класс, в который ее назначили классным руководителем, оказался очень сложным. Притом что половина детей была из академгородка и свободно цитировала «Винни-Пуха» в оригинале, вторая половина учеников была из поселка Хромовка, в котором находился спиртзавод и соответственно проживало много неблагополучных семей.

Перед Татьяной тогда встала задача увлечь этих столь разных подростков каким-то общим интересным делом. И тогда она вспомнила свое пионерское детство и… купила 35 барабанов, за которыми ей пришлось ехать в Новосибирск. Хорошо, что Григорий Абрамович одобрил эту идею и выделил деньги на эту экзотическую покупку, включая билеты до Новосибирска туда и обратно.

«И мы раз в неделю делали такой барабан-час, где учили ребят барабанить, ходили в походы, где ребята на рассвете принимали клятвы барабанщика. Я на этом построила коллектив. Они очень сдружились. И до сих пор сохранили очень хорошие отношения друг с другом», – рассказывает Татьяна.

Но, может, секрет такой метаморфозы не столько в педагогическом мастерстве, сколько в эпохе, в том поколении подростков, которое еще можно было увлечь каким-то коллективным делом?

Татьяна убеждена: плохих или хороших времен для воспитания не бывает, все зависит от заинтересованности самого педагога, от его умения передать эту увлеченность детям.

Времена не выбирают

А время тогда наступило очень интересное: в 1986 году был опубликован Манифест педагогики сотрудничества, примерно в этот же период при «Учительской газете» возник клуб «Эврика» под руководством Александра Адамского. И Татьяна как раз оказалась в эпицентре этой бурной жизни, и судьба вновь свела ее с целой плеядой замечательных педагогов-новаторов: Владимиром Матвеевым, Симоном Соловейчиком, Владимиром Караковским, а также с идеологами развивающего обучения – Элькониным, Давыдовым, Репкиным, с журналистами Валерием и Еленой Хилтуненами, Ольгой Мариничевой и многими другими.

Казалось бы, время диктовало: твори, выдумывай, пробуй! Конечно, это было трудное, но очень интересное время!

«Денег не было, помещений не было, – вспоминает она. – Это всегда ситуация воли, волевого усилия. Всегда школы не благодаря времени появляются, а вопреки. Школа Сократа или Платоновская академия – тому примеры. Государство никогда специально не вкладывается в развитие альтернативного образования. Оно обычно занимается системой государственных школ. А если появляется группа людей, которые верят, которые хотят альтернативность создать, у которых есть идеи, тогда они это делают. В этом плане мы были молодые, у нас была вера в перемены».

И вот тогда, на общей волне энтузиазма, она решила создать частную школу под названием «Эврика-Развитие» (это название они придумали вместе с Александром Адамским во время одной из многочисленных педагогических поездок того времени). Проект разрабатывала вместе с родителями, учениками, учителями. Каждая из этих групп предлагала свою концепцию, которую надо было свести к одной общей.

С этой проблемой она обратилась за помощью к Виктору Болотову – ныне академику РАО, в недавнем прошлом заместителю министра образования, а в ту пору молодому декану факультета педагогики и психологии Красноярского университета. И он согласился выступить в роли своеобразного модератора. Каждый месяц Виктор Болотов прилетал из Красноярска в Томск для проведения общих встреч и согласования предлагаемых проектов.

Делал он это совершенно бескорыстно, поскольку денег у школы на оплату его услуг не было. И когда ее нынешние студенты спрашивают: «Татьяна Михайловна, зачем он это делал?», она отвечает: «Ребят, понять это невозможно. Это дружба. Вы меня спрашивали про дружбу. Дружба – понятие круглосуточное, на это один ответ».

И тогда в дискуссиях и общих встречах зародилась идея проекта, сочетающего в себе четыре вариативные педагогические системы: Развивающее обучение, Вальдорфскую педагогику, Монтессори-педагогику и свободную педагогику Л.Н. Толстого.

Все начиналось неплохо. В школе № 9, в которой Татьяна уже работала в статусе замдиректора по научно-методической работе, ей предоставили два класса.

Григорий Псахье к тому времени уже в силу преклонного возраста оставил директорский пост, на котором его сменил другой человек.

Но очень скоро, примерно через полгода, новый директор школы сказал: «Татьяна Михайловна, у нас мало помещений, мы сами не можем разместиться, так что ищите для своей школы другое здание».

«И фактически мы вынуждены были из школы уйти и искать помещение, – рассказывает Татьяна. – И вот здесь лишний раз я хочу сказать, что дело не в государстве и не во времени, а дело в том, насколько то, что вы делаете, созвучно идеям родителей. Потому что, когда школе становится трудно, если ее не поддерживают родители, то выжить она не может. И я собрала родительское собрание и сказала: “Дорогие родители. Мы сделали все что могли, денег у нас нет, арендовать помещение у нас нет возможности, и если вы нас не поддержите, то придется нам распускать учеников”.

И родители уже сами подключились к поиску, и в одном из НИИ молодой частной школе предоставили вначале два помещения, причем директор института строго сказал: “Татьяна Михайловна, мы вам даем эту площадь в порядке исключения, во временное пользование, чтобы выручить вас в середине учебного года”».

Школа переехала на новое место, и Татьяна заключила договор с городским отделом народного образования на условиях взаимовыгодного бартера: город будет платить за аренду школы институту, а за это школа организует для учителей Томска бесплатное повышение квалификации по всем четырем образовательным системам, имевшимся в ее программе.

И вскоре ситуация повернулась таким образом, что на заре 90-х у НИИ не было заказов, а выживать как-то надо было, поэтому научная организация была вынуждена сдать в аренду школе практически все свои площади.

Благодаря этому в школе появились кабинеты отдыха, психологической разгрузки, учительская и т.д., а детей перевели на обучение в одну смену.

В прошлом году, когда «Эврика-Развитие» отмечала свой 25-летний юбилей, выпускники, родители, основатели школы с гордостью отмечали тот факт, что мало какие педагогические проекты так успешно выдерживают испытание временем. Концепция полисистемной школы (диалога педагогических культур) сохранилась по сей день, и так же, как четверть века назад, с 1 сентября открывается четыре первых класса: класс Вальдорфской педагогики, Монтессори-класс, класс свободной педагогики Толстого и класс развивающего обучения.

И по-прежнему у детей и родителей есть реальный выбор и шанс попробовать разные педагогические системы: в случае, если одна не подошла, можно перейти в класс, обучающий по другой системе. Единственное существенное изменение заключается в том, что через несколько лет после открытия школе присвоили государственный статус, поскольку в статусе частной в академгородке выжить было в 90-е очень сложно.

Но вернемся назад, когда все только начиналось. В 1996 году случилась еще одна удача: школа получила грант от Фонда Сороса, который и тогда ругали, как и сейчас.

Но между тем колоссальная по тем временам сумма гранта – 100 тыс. долларов – позволила школе решить многие задачи: оборудовать кабинеты, купить компьютеры, приобрести новый школьный автобус веселого желтого цвета, который собирал учащихся со всего города.

Однако не всем нравилась такая ситуация, деньги Сороса кому-то не давали покоя, и посреди суровой сибирской зимы представители общества «Память» разбили окна в школе.

Когда Татьяну пригласили на телевидение, чтобы прокомментировать эту ситуацию, она сказала прямо и без обиняков:

«Вы знаете, это тот случай, когда я не буду докапываться, каким образом Сорос зарабатывал эти деньги. Я педагог, не юрист, не политик. Да, может быть, он что-то мухлевал на бирже, но он реально дал сто тысяч долларов для поддержки нашей частной школы, которая пять лет существует и у которой материальные сложности. Вместо того чтобы выбивать окна, вы бы лучше помогли нашей школе».

И после этого выступления возник общественный фонд поддержки школы «Эврика-Развитие», окна вставили, и жизнь пошла-полетела дальше.

Дела семейные

Тогда, в середине 90-х, Татьяна уже не была директором школы «Эврика-Развитие», бразды правления она передала в надежные руки своей коллеги и подруги Людмилы Долговой, которая успешно руководит школой до сих пор. А Татьяна осталась в роли научного консультанта.

Этот шаг был связан с тем, что Татьяна по разным причинам вынуждена была вернуться из Томска в Москву: ее пригласили учиться в докторантуру при МГПИ, дочь поступила в художественное училище, да и родители постепенно старели, требуя заботы и внимания.

К сожалению, семью ей сохранить не удалось – муж остался в Томске, но зато удалось сохранить хорошие, добрые отношения.

Примечательно, что дочь нашей героини – Юлия – была участником маминых педагогических экспериментов. И дети многих педагогов школы «Эврика-Развитие» тоже учились в этой инновационной школе.

«Когда мы создавали школу, нас очень увлекала не только сама эта идея, но и то, что мы делаем это для наших собственных детей, – рассказывает Татьяна. – И у нас так и получилось. У нас собралась группа молодых учителей, у которых дети шли в первый класс. И это было важно, потому что когда мы начали проводить всякие семинары всероссийские, к нам приезжали со всей России учителя, и все в первую очередь спрашивали: “А ваши собственные дети где учатся?” Потому что для людей было важно: вы ответственно делаете частную школу? Вы своих детей туда привели? И мы гордо отвечали: “Да, наши дети учатся в этой школе”».

Случайно или закономерно, но большинство первых выпускников выбрали именно творческие профессии, связанные с музыкой, поэзией, архитектурой. Одна выпускница, Катя Барашева, даже стала профессиональной балериной, закончив училище при Мариинском театре. Она до сих пор выступает с концертами, и когда бывает на гастролях в Москве, обязательно приглашает Татьяну. Татьянина дочь Юля тоже не стала исключением, выбрав профессию дизайнера.

Несколько лет назад она вышла замуж и сейчас живет с мужем в Канаде. Родила там дочь Аню. Конечно, Татьяна ездит к дочке в гости, дочка приезжает к ней, но когда наша героиня рассказывает об этом, ее бодрый задорный голос бывшей пионервожатой слегка дрожит, выдавая грусть.

Татьяна Ковалева с внучкой Анютой.

«Я теперь бабушка по скайпу, воспитываю внучку дистанционно», – шутит она.

Тьюторство: вначале было слово

Ну а как же все-таки наша героиня пришла к главному делу своей жизни – тьюторству?

Оказалось, что этот путь был долгим и непростым.

Она теперь затрудняется вспомнить, когда впервые услышала слово «тьютор». Но на разных этапах своего жизненного пути она сталкивалась с этим понятием, точнее, с этой идеей. Правда, этот факт она осознала уже значительно позже, когда погрузилась в эту проблему целиком и полностью.

Напомним, что ее студенческая дипломная работа была посвящена самоподготовке школьников. Этой теме она посвятила и свою кандидатскую диссертацию, которая называлась «Содержание и организация самоподготовок по математике в условиях школы полного дня».

«Фактически для меня самоподготовка по математике, хотя я слово “тьютор” тогда не знала, это была первая проработка того, как можно выстраивать предметное тьюторство и индивидуальную образовательную программу в предмете», – признается наша героиня.

Вторым шагом на пути к идее тьюторства для Татьяны стало обучение в Школе культурной политики у Петра Щедровицкого, который в тот период, в начале 90-х, по просьбе академика Велихова начинал готовить команду тьюторов – педагогов для сопровождения старшеклассников, занимающихся компьютерными технологиями на базе международного лагеря.

Поэтому, когда Татьяна вместе со своими коллегами обсуждала концепцию школы «Эврика-Развитие», работающей по принципу диалога педагогических культур и предлагающей учащимся на выбор несколько разных программ, уже тогда стало ясно: должен быть человек, профессионально сопровождающий выбор родителей, учащихся, педагогов, обсуждающий и корректирующий этот выбор. И тогда Татьяна, посоветовавшись с коллегами, приняла решение заменить классных руководителей тьюторами (благо частная школа давала такую свободу действий).

В числе первых тьюторов был Андрей Зоткин, ныне доцент философского факультета Томского университета (должность «тьютор» записана в его трудовой книжке), и Фатима Мухамедова, которая до сих пор работает в школе «Эврика-Развитие» учителем русского языка и литературы. На первом всероссийском конкурсе «Тьютор года» в 2015 году она заняла первое место.

Когда Татьяна из Томска приехала в Москву, ей предлагали снова создать частную школу, но она не хотела повторять свой опыт, ей хотелось осуществлять новые проекты и покорять новые педагогические Эвересты. Поэтому она с радостью приняла предложение работать преподавателем на кафедре педагогики в родном МГПИ, поставив перед собой задачу создать ситуацию индивидуализации и вариативности в стенах вуза. И здесь она тоже добилась успеха, объединив команду томских тьюторов с вновь созданной московской командой.

Тьюторское движение росло и укрепляло свои позиции.

В 2007 году была создана Межрегиональная тьюторская ассоциация, учредителями которой стали представители трех городов – Москвы, Томска, Ижевска. Был разработан стандарт тьюторской деятельности, и с 2008 года тьютор вошел в реестр профессий.

Логическим продолжением этой истории стало открытие Татьяной магистерской программы по тьюторству в Московском педагогическом государственном университете. А когда на должность ректора был назначен Алексей Семенов, он вообще дал нашей героине карт-бланш, предложив организовать сначала кафедру индивидуализации и тьторства, а затем институт тьюторства на базе МПГУ. Кафедра уже действовала, а за решение о создании института тьюторства единогласно проголосовал ученый совет.

Но увы, сказка вечной не бывает…

После смены руководства в МПГУ успешные начинания нашей героини оказались под угрозой.

Уход из alma mater

«Не спрашивай, по ком звонит колокол, он звонит по тебе...»
«Сегодня настала моя очередь уходить из МПГУ – места, с которым связана моя педагогическая судьба», – так начиналось письмо Татьяны Ковалевой, опубликованное на ее странице в фейсбуке 29 мая 2017 года.

«В этот день ученый совет МПГУ утверждал должности заведующих кафедрами, – рассказывает Татьяна в своем письме. – Мои документы были сданы в срок, единогласно приняты Ученым советом Института детства (структурное подразделение МПГУ). Но когда я узнала от других завкафедрами, что все они получили приглашение на заседание Ученого совета МПГУ, а я нет, то я насторожилась (у меня тонкая интуиция, как говорит мой приятель...) и решила прийти на Ученый совет без приглашения, тем более что там разбирался и мой вопрос...

Итоги экспертной комиссии при Ученом совете, которая знакомилась с документами, представлял проректор Каракозов С.Д., и он сообщил всем членам Ученого совета, что вся комиссия единогласно проголосовала против моей кандидатуры в связи с серьезными нарушениями штатного расписания кафедры.

Это было просто как гром среди ясного неба!

Какие нарушения? Речь шла о людях, которые оказались вне штатного расписания в связи с тем, что тьюторские ставки в МПГУ были сокращены.

Но эта ситуация была разрешена еще в феврале месяце, и главное, в эту ситуацию были вовлечены и активно ее решали сами же члены экспертной комиссии, в частности, проректор Трубина Л.А. и председатель первичной профсоюзной организации Пустовойтов В.В., которые теперь сами же на этом основании голосовали “против”.

Сказать, что я была потрясена, это ничего не сказать! Я со многим сталкивалась в своей уже достаточно долгой педагогической судьбе, но чтобы так цинично сфабриковать обвинение, в котором сами же допустили грубейшие нарушения?!..

Если бы меня не было на этом Ученом совете, то сценарий был бы вполне понятен...

Но я взяла слово и сообщила всем членам Ученого совета о создавшейся ситуации. Когда началось тайное голосование, я практически была уверена, что все проголосуют “против”.

Каково же было мое удивление, что из 50 человек 38 проголосовали “за” мое избрание.

Пользуясь случаем, хочу выразить огромную благодарность членам Ученого совета, которые, несмотря на “новые времена” моего родного МПГУ, все-таки смогли остаться честными и принципиальными людьми!»

Несмотря на это, Татьяна приняла трудное для себя решение уйти из alma mater, осознав, что она не сможет дальше оставаться в коллективе, где так легко фабрикуются фальшивые дела. Заниматься мышиной возней, собирать компромат на своих оппонентов, доказывать свою правоту – не в ее характере. Не этому учили ее замечательные учителя, встречавшиеся на ее жизненном пути – Александр Тубельский, Ефим Штейнберг и многие другие…

Татьяна Ковалева с Александром Тубельским и Ефимом Штейнбергом.

Но в тот переломный момент ее жизни ей надо было думать не только о себе, но и о тех людях, которые от нее зависели – студентах, обучавшихся на очной и заочной магистерских программах, сотрудниках кафедры индивидуализации и тьюторства, аспирантах…

Когда ей говорят: надо быть сильным и мужественным человеком, чтобы принять такое решение, ради объективности она поправляет своих единомышленников: ее ситуация все же складывалась более выгодно, чем у других, увольняющихся по собственному желанию.

Она не уходила «в никуда». Как только весть о ее увольнении из МПГУ прокатилась по всему Интернету, ей поступило несколько заманчивых предложений о трудоустройстве из самых престижных ведущих вузов, в том числе из НИУ ВШЭ, МГУ, МГИМО, РУДН.

Но из всего этого спектра она выбрала Московский городской педагогический университет под руководством Игоря Реморенко, посчитав, что там будут наиболее благоприятные условия не только для нее самой, но и для всей ее большой команды.

И на сегодняшний день ее ожидания и прогнозы оправдались.

Ей по-прежнему везет, и педагогические ангелы-хранители помогают ей воплощать в жизнь задуманные планы…

Ольга Дашковская



Комментарии экспертов




Материалы по теме

Обсуждение

{{ comment.user }}
{{ comment.date }} / Ответить

Ответ на сообщение от {{ comment.reply_date }}

{{ comment.text }}

Комментарий удален

Ваше сообщение будет первым!

Новое сообщение

Вы отвечаете на сообщение от {{ reply_comment.date }} Удалить ссылку на ответ

Отправлять сообщения могут только авторизованные пользователи.
Ваше сообщение будет первым!

Новости































Поделиться