Дистанционное обучение // Статья

Дистанционный учитель: трудности переходного периода и оплата труда

Часть первая.

Дистанционный учитель: трудности переходного периода и оплата труда
Фото: napopravku.ru

Трудности переходного периода

Минпросвещения РФ 14 марта в целях профилактики коронавируса рекомендовало регионам при необходимости временно переводить учеников на дистанционное обучение. Но, как говорится, нет ничего более постоянного, чем временное. Карантинным мерам из-за пандемии COVID-19 пока не видно конца.

Дистанционное обучение свалилось на российские школы как снег на голову. Не случайно многие называют его стресс-тестом для нашей системы образования, который выявил сразу несколько проблем.

Цифровое неравенство

Сегодня появился новый термин: цифровое неравенство. Режим самоизоляции лишил систему образования даже этого плюса – компьютеры остались в школах, а учителя – без цифровых сред, компетенций и ноутбуков.

Вот как описывает эту ситуацию основатель международной сети школ робототехники RobboClub.ru Павел Фролов:

«Когда мы запустили онлайн-курсы в своей сети школ робототехники, мы четко увидели: в большинстве семей ноутбук если есть, то один. Сейчас он используется родителями для удаленной работы. Можно найти возможность заниматься 2 раза в неделю по часу-полтора в рамках кружка – более 80% наших учеников продолжают учиться. Но обеспечить полноценное рабочее место для ребенка на полдня для обучения по школьным предметам могут позволить немногие. А если детей несколько?»

26% детей живут в семьях с доходами ниже прожиточного минимума и не могут позволить себе покупку нового гаджета, тем более в условиях экономического кризиса, усиливающегося на фоне пандемии. Регионы выходят из этой ситуации по-разному.

«Нестандартная ситуация требует нестандартных решений»

По подсчетам администрации Санкт-Петербурга, на начало апреля в городе около 15 тысяч школьников не имели компьютера. На призыв губернатора северной столицы Александра Беглова откликнулись представители социально ответственного бизнеса.

Один из вариантов решения проблемы – временно передать в семьи технику, которая есть в наличии и у самих школ, у представителей бизнеса.

Например, гендиректор компании «Марвел КТ» Алексей Мельников приобрел для школьников Санкт-Петербурга около 3 тысяч планшетов. Часть техники передали граждане, у которых оказались лишние девайсы.

Министерство образования и науки Татарстана также обратилось к руководителям компаний и всем неравнодушным людям с просьбой внести посильную помощь в создание условий для дистанционного обучения детей из малоимущих семей – приобрести или принести в школы неиспользуемые компьютеры, ноутбуки, смартфоны, гаджеты, оплатить интернет-трафик.

Правительство Свердловской области выделило деньги из резервного фонда на устранение этих проблем.

Некоторые школы решились на выдачу школьных ноутбуков учителям и детям –например, по такому пути пошли в «Школе будущего» поселка Большое Исаково Калининградской области. Но это, скорее, исключение из правила, потому что не каждый директор возьмет на себя такую ответственность: недвижимое имущество школы, к которому относятся компьютеры, принадлежит учредителю, с которым необходимо согласовать такие решения.

Но, как считает директор «Школы будущего» Алексей Голубицкий, «нестандартная ситуация требует нестандартных решений».

«Если мы идем в поход, мы же не спрашиваем согласия учредителя на временное использование школьных рюкзаков и палаток детьми?» – говорит он.

Но не все школы обладают такими ресурсами, чтобы обеспечить ими всех нуждающихся.

И тогда уж приходится прибегать к старым дедовским способам.

Вот как об этом рассказывает в своем интервью «ВО» заместитель председателя правительства Кировской области Дмитрий Курдюмов: «Школьные автобусы, которые раньше развозили детей к месту учебы, теперь объезжают тех ребят, у которых нет интернета, собирают у них тетради с домашними заданиями и доставляют их руководителям школ. Те в свою очередь передают их классному руководителю или непосредственно учителю-предметнику. Педагог осуществляет их проверку, выставляет отметки, дает письменную оценку, комментарии, рекомендации, при необходимости консультирует обучающихся и их родителей по телефону».

В некоторых районах Республики Бурятия, Хабаровского и Приморского края перешли на очное обучение в связи с благоприятной эпидобстановкой.

В Республике Крым, где около 30 тысяч детей из малоимущих семей и нет возможности обеспечить всех учащихся в полном объеме планшетами и компьютерами, разработали телевизионные и радиоуроки.

С 27 апреля Министерство просвещения РФ совместно с каналом ОТР запускает проект «Моя школа online» для подготовки к ГИА учащихся 9–11-х классов. Как сообщил министр просвещения Сергей Кравцов, «уроки ведут лучшие учителя и методисты для тех, у кого нет хорошего интернета».

«Интернет глючит, тупит»

Но, похоже, «хорошего интернета» нет у всей страны, поскольку каналы связи и серверные мощности образовательных платформ не были рассчитаны на одновременное подключение пользователей – почти 17 млн школьников, 7 млн студентов вузов и 4 млн студентов колледжей, не считая учителей и преподавателей.

С учительского форума: «Хваленые онлайн-платформы тупят, грузят по 30 мин. или просто вылетают из системы. Занятия на Zoom больше похожи на базар. Все глючит, картинка и звук не соответствуют друг другу. Возможны “сетевые хулиганства” и вероятность просмотра детьми порнофильмов на этой платформе».

Поскольку многих учеников родители увезли подальше из Москвы в деревни и на дачи, то некоторым из них приходится проявлять чудеса изобретательности: например, залезать на дерево, чтобы «словить» интернет на своем смартфоне.

Некоторым не удается даже подзарядить телефон, поскольку периодически отключают электричество.

Ликбез XXI века

Еще одна проблема – отсутствие навыка дистанционной работы у педагогов. Специалисты Skysmart (школьное направление компании Skyeng) в апреле 2020 года опросили более 2 тысяч российских учителей из разных регионов страны и пришли к неутешительным выводам – 49% педагогов страны испытывают страх не справиться с дистанционным обучением. Это связано с тем, что у них нет понимания, как эффективно организовать урок в онлайне. 24% учителей не знают, как мотивировать ученика и работать с его целями онлайн. 57% считают, что будет сложно контролировать посещение уроков и активность в режиме конференций, а также выполнение домашних заданий онлайн.

Особые опасения у педагогов вызывает удаленная работа с дошкольниками и учениками младших классов. 38% опрошенных учителей считают, что сложно следить за дисциплиной детей от 4 до 9 лет. Половина школьных учителей находится в состоянии неопределенности и ждет информации сверху. Согласно результатам опроса, 9% учителей боятся не справиться с навигацией в интернете, при этом 18% учителей открыто заявляют о недостаточном уровне технической грамотности, боязни клавиатуры и сложных программ. Это в большей степени связано со средним возрастом учителей по стране (40–50 лет), однако и у молодых специалистов бывают технические проблемы.

«Сто лет назад, в декабре 1919 года, был издан декрет “О ликвидации безграмотности”. Сейчас мы видим, что пора еще раз проводить ликбез, на этот раз цифровой безграмотности. И не только учителей – всех: и детей, и родителей, и преподавателей. Это главный барьер на пути развития новой цифровой экономики, и карантин это только сделал наглядным», – считает Александр Ларьяновский, управляющий партнер Skyeng.

Заложники неэффективной политики

«На сегодняшний день мы вынуждены констатировать факт, что учителя у нас не готовы работать в режиме дистанта, – говорит Наталья Шадрина. – Несмотря на то, что в едином квалификационном справочнике (зарегистрирован в Минюсте РФ 6 октября 2010 г., регистрационный № 18638) содержится перечень основных трудовых функций, в том числе “…используя разнообразные формы, приемы, методы и средства обучения, в том числе по индивидуальным учебным планам, ускоренным курсам в рамках федеральных государственных образовательных стандартов, современные образовательные технологии, включая информационные, а также цифровые образовательные ресурсы. Обоснованно выбирает программы и учебно-методическое обеспечение, включая цифровые образовательные ресурсы”. То есть учителя должны владеть этими технологиями и использовать их в работе. На сегодняшний день по факту этого нет».

По мнению лидера движения «Школа – наше дело», члена исполкома партии «Новые люди» Артёма Соловейчика, сегодня учитель оказался заложником всех тех недоработок, несовершенств, которые были допущены в ходе выполнения различных проектов модернизации образования, а те деньги, которые были изначально потрачены на компьютеризацию школы, расходовались неэффективно. Программы переподготовки и повышения квалификации учителей не проходили экспертизы на предмет обучения работе в дистанционном формате, и ожидаемого эффекта они тоже не дали, хотя денег на эти цели было израсходовано немало.

Спасение утопающих – дело рук самих утопающих?

«Знаете, вся эта ситуация с онлайн-обучением напоминает мне басню “Мартышка и очки”, – призналась мне одна учительница. – Система дистанционного образования не отработана до конца. Со стороны администрации школы – угрозы, что мы несем ответственность за прохождение программы, но никакой помощи. Да и не знают, как помочь, привыкли отчитываться “под козырек”».

Как считает автор учебников, лауреат премии правительства РФ в области образования, советник генерального директора издательства «БИНОМ. Лаборатория знаний» Александр Вахрушев, учителю нужен цифровой наставник – специалист по переводу традиционного обучения в онлайн-формат, а его наиболее способные ученики могли бы стать тьюторами.

Кстати, в Москве появились студенты, помогающие преподавателям и ученикам освоить дистанционное обучение.

Но в большинстве случаев каждый справляется в меру своих сил и способностей. Кто-то отправляет ссылки на образовательные платформы, кто-то проводит уроки по видеоконференц-связи на Zoom, кто-то консультирует в Watsapp и там же проверяет написанные от руки и зачастую плохо сфотографированные домашние задания учащихся. (Проверка таких работ занимает у педагогов неоправданно много времени, но об этом дальше.) В сельских школах, где у многих учеников нет ни компьютера, ни интернета, учитель консультирует детей и родителей по телефону.

По мнению большинства специалистов, главная ошибка учителей сегодня – это автоматический перевод офлайн-уроков в дистанционный режим.

«Онлайн-режим требует других способов подачи материала и вовлечения детей, нежели обычные школьные уроки, – считает директор московской школы № 641 имени С. Есенина Мария Поляткова. – Нужно чаще переключать внимание учеников, чаще обращаться к ним по имени, использовать видеоролики, иллюстрации и инфографику. Также не надо забывать делать регулярные перерывы. И неправильно отказываться от индивидуальных заданий, создаваемых в зависимости от потребностей ученика и его возможностей».

Творческие учителя независимо от возраста сумели, следуя заветам Дейла Карнеги, сделать из лимона лимонад.

По мнению преподавателя истории школы № 1567 Тамары Эйдельман, традиционные задания на проверку знаний невозможны в условиях дистанта, потому что есть вероятность списывания. Поэтому она пришла к выводу, что надо давать как можно больше заданий аналитических, направленных на работу с источниками, на рассуждения.

«Для меня это главная сложность, но это приятная сложность», – признается она.

Также она практикует проектную деятельность в группах, но обращает внимание на то, что подобные способы работы возможны со старшеклассниками – самостоятельными и сознательными людьми.

Тем же, кто обучает младших школьников, по ее мнению, приходится гораздо тяжелее: очень трудно удержать их внимание плюс большая нагрузка ложится на плечи родителей.

СанПиНы рухнули, родителей загрузили

«У детей невероятно разрастается количество заданий, что, конечно, недопустимо: СанПиНы рухнули. Даже если урок занимает 15 минут, то домашнее задание дети делают часами», – говорит Тамара Эйдельман.

На это указывает академик РАО Марьяна Безруких: «Главная ошибка учителей при переходе на дистанционное обучение – это буквальное копирование классно-урочной системы в онлайн-формат. Из-за этого дети вынуждены часами сидеть перед монитором, в то время как у значительного числа из них нет компьютеров и нормального рабочего места, а использование смартфона в этом случае категорически не рекомендуется, потому что, во-первых, от него очень сильное излучение, во-вторых, это очень маленький экран, поэтому испортить зрение можно за неделю».

Заместитель главы Плесецкого района Архангельской области по социальным вопросам Юлия Попова обращает внимание на то, что «при дистанционной форме обучения огромную роль играет самообразование, но у многих детей навыки самоконтроля сформированы слабо, потому что они привыкли работать под руководством учителя». В этом случае функция контроля перекладывается на родителей.

«Особенно сложно самостоятельно осваивать школьную программу учащимся начальной школы, поэтому роль родителей в этом случае невозможно переоценить, – отмечает она. – К тому же у таких малышей ещё нет навыка работы с компьютерными системами. Поэтому родители настраивают систему самостоятельно, проверяют личный кабинет. Многие мамы и папы даже отпрашиваются с работы, чтобы отправить домашнее задание учителю».



Новости





























































Поделиться