Образовательная политика // Статья

«Ничего нового не сказали, никаких решений не приняли»

О закрытом заседании «открытого» министерства, или что скрывают от общественности общественные советы?

«Ничего нового не сказали, никаких решений не приняли»
Фото: psyfiles.ru

30 марта в Общественной палате РФ состоялось совместное заседание общественных советов при Министерстве просвещения Российской Федерации и Федеральной службе по надзору в сфере образования и науки.

В повестке дня значились два вопроса:
  1. О проведении итоговых проверочных работ и единого государственного экзамена
  2. Положение о лицензировании образовательной деятельности.

Поскольку мероприятие проходило в закрытом режиме, и журналисты туда не допускались, а онлайн-трансляции соответственно тоже не было, мы попросили присутствовавших там учителя литературы московской школы № 1514, председателя «Гильдии словесников» Антона Скулачева и ректора МГПУ Игоря Реморенко поделиться своими впечатлениями. Поясним, что Игорь Реморенко возглавляет Общественный совет при Росборнадзоре, Антон Скулачев был приглашен на заседание для доклада об универсальных кодификаторах для процедур оценки качества образования.

Кстати, этой теме он посвятил свой доклад в экспертном клубе «Норма и деятельность» 20 марта.

Как сообщил Антон Скулачев, по первому вопросу выступил заместитель руководителя Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки Игорь Круглинский. Он рассказал о том, что девятиклассники в этом году сдают два обязательных ОГЭ по математике и русскому языку, а в ЕГЭ примут участие выпускники 11-х классов, которые планируют поступать в вузы.

Также Игорь Круглинский объяснил, как будут проходить контрольные итоговые работы, задания которых разрабатываются на федеральном уровне.

Как нетрудно убедиться, ничего нового в этой информации ни для кого не было, на эту тему уже опубликовано большое количество материалов в СМИ.

После этого выступили члены Общественного совета при Министерстве просвещения. Как отметил Антон Скулачев, «не прозвучало ни одного положительного высказывания в адрес деятельности Рособрнадзора по содержанию и социальным эффектам ЕГЭ и ВПР – все суждения были или критическими, или резко критическими».

Например, научный редактор журнала «Эксперт» Александр Привалов жестко высказался о «ЕГЭизации» образования и подверг критике базовый ЕГЭ по математике, говорил о «сплющивании образования», ориентированного на ЕГЭ.

Другие участники отмечали, что ориентация на результаты ЕГЭ и ВПР искажают картину образования и негативно влияют на его качество и содержание, а проведение ВПР нарушает график школьной жизни и создает дополнительные нагрузки для педагогов и детей.

Игорь Реморенко предложил осенью вернуться к анализу итогов ЕГЭ за 2020–2021 годы.

«Очень скоро стало понятно, что тема кодификаторов будет неуместна, поскольку председатель Общественного совета при Минпросвещения Виталий Сурвилло несколько раз подчеркнул, что не стоит поднимать вопросы, находящиеся за рамками повестки дня», – сказал Антон Скулачев.

Зато обсуждение второго вопроса, по мнению Игоря Реморенко, оказалось более содержательным.

Речь шла о совмещении механизмов лицензирования и аккредитации и о введении разовой аккредитации образовательных организаций.

Если по действующим правилам вузы и школы обязаны проходить аккредитацию раз в пять лет, что сопровождается большим количеством отчетов и другими неудобствами, отрывающими от основной деятельности руководителей и педагогов, то теперь достаточно однократной процедуры.

«Это очень правильная постановка вопроса. Раньше чиновники боялись резких изменений устоявшегося порядка, но сейчас они готовы на такой шаг», – отметил Игорь Реморенко.

Впрочем, никаких решений или конкретных поручений по итогам заседания принято не было, просто было рекомендовано «принять к сведению» прослушанные доклады.

Еще раз хочется обратить внимание на закрытый характер состоявшегося мероприятия, что идет вразрез с самой идеей общественного совета.

Примечательно, что информация об Общественном совете Минпросвещения размещена на сайте ведомства под рубрикой «Открытое министерство».

Например, в бытность Дмитрия Ливанова министром образования и науки (2012-2016 годы) все заседания этого органа проходили публично, с приглашением журналистов и одновременной трансляцией в Интернете.

С какой целью на этот раз было организовано «секретное» заседание, совершенно непонятно. Ведь никаких «запретных» тем не обсуждалось, да их по определению не может быть у структуры, официально признанной открытой.

Таким образом, федеральные образовательные ведомства компрометируют изначально конструктивную идею о прозрачности своей деятельности и широком общественном обсуждении своих решений.



Новости





























































Поделиться