Мы привыкли, что обратная связь – это когда учитель красной ручкой исправляет ошибки, говорит ребенку «молодец» или «нужно лучше стараться». Но исследования показывают: почти в трети случаев такая обратная связь вредна. Ученики боятся совершать ошибки, воспринимают критику как личное поражение, а похвала может закрепить «установку на данность» и вообще убить мотивацию. Как же быть? Об этом интервью с педагогом английского языка «Хорошколы» Вероникой Тарасовой, которая знает, как превратить обратную связь из приговора в возможность.

– Не так давно вы выступали на международном конгрессе в Калининграде с докладом «Умение работать с обратной связью как фактор академической успеваемости школьников». Почему вы выбрали именно эту тему? Что подтолкнуло вас к изучению этого вопроса?

– Объектом моего исследования было именно feedback literacy, то есть умение работать с обратной связью. Само введение этого конструкта предполагало взгляд на образовательные процессы под новым углом: какой бы хорошей ни была обратная связь, её эффективность в конечном счёте будет зависеть от того, воспользуется ли ею ученик или нет.

Я проводила исследование в рамках своей магистерской программы в Институте образования НИУ ВШЭ и выбрала эту тему, потому что чувствовала дефицит собственных умений в этой сфере. Об обратной связи не так много говорят, хотя, согласно исследованиям Дж. Хэтти, она очень сильно влияет на образовательные результаты.

Для российского контекста ещё характерна ситуация, когда учителя в массе своей специально не обучались принципам педагогической обратной связи; соответственно, они не учат и своих подопечных с ней работать. Дети же видят обратную связь как инструмент учителя, а не свой собственный.

– Многие думают, что, давая обратную связь, достаточно просто указать на ошибки. В чём главное заблуждение учителей и родителей на этот счёт?

– «Указать на ошибки» – это всего лишь один уровень обратной связи, причём не самый эффективный, а есть ещё три.

• На уровне задания мы просто исправляем конкретную ошибку, называя правильный ответ.
• На уровне процесса мы смотрим на стратегии, которые использовал ученик, и помогаем ему найти ошибки в рассуждении.
• На уровне саморегуляции речь идёт о самостоятельности учащегося, о том, как он сам организует своё обучение.
• И на уровне личности – это известное всем «Молодец!», «Умница».

Хэтти считает, что обратная связь на уровне личности наименее эффективна, а в некоторых случаях даже вредна, потому что отчасти способствует формированию так называемой fixed mindset, то есть установки на данность, в результате чего учащийся может бояться новых сложных задач и возможных неудач. Наиболее эффективными считаются обратная связь на уровне процесса и саморегуляции, потому что она применима за рамками конкретного задания или даже конкретного предмета.

– Вы связываете обратную связь с академической успеваемостью. На ваш взгляд, «красная ручка» в тетради может повлиять на оценки и прогресс ученика?

– Я не вижу в красной ручке ничего зловещего. Важно, чтобы и дети не пугались красных пометок в своих работах. Здесь хорошо может сработать техника двух ручек: красной – для ошибок и исправлений, и зелёной – чтобы показать ученикам, что что-то у них получилось хорошо, и что важно – учитель это заметил.

Часто у детей складывается ощущение, что цель учителя – придраться, найти как можно больше ошибок, раскритиковать. Но очень важно, чтобы дети знали, что учитель видит в их работах не только список ошибок, но и что-то хорошее, ценное и обращает на это внимание.

– Бывает ли обратная связь вредной? Приведите пример, когда учитель хотел как лучше, а получилось только хуже для ученика.

– Да, обратная связь бывает вредной, и даже есть исследования, подтверждающие это. Например, в исследовании Kluger & DeNisi 1996 года было обнаружено, что обратная связь в среднем улучшает результат, но в трети случаев ведёт к его ухудшению. Если комментарий учителя касается личности ученика, а не самого задания, то такая обратная связь неэффективна.

Что касается примера, когда учитель хотел как лучше, а получилось только хуже для ученика, то это может быть такая фраза: «Миша, ты такой молодец, всегда на отлично справляешься со всеми заданиями, даже придраться не к чему, пример для всего класса!» Казалось бы, учитель таким образом хочет похвалить ученика, поднять его мотивацию, но по факту такая обратная связь с большой долей вероятности будет иметь обратный эффект, потому что подобный фидбек уводит внимание Миши от того, как сделано задание, к его личности. Миша может расслабиться («я и так молодец – я им был, и я им останусь») или, наоборот, испугаться будущей ошибки, чтобы не разрушить образ «идеального ученика».

Я в своём исследовании брала интервью подростков, учеников 9-11-х классов, и многие говорили о том, что вообще не любят, когда их хвалят, из-за наигранности такой обратной связи или несоразмерности похвалы приложенным усилиям.

– Вы педагог английского, а в английском языке страх ошибки – главный враг говорения. Как ваша система обратной связи помогает ученикам перестать бояться говорить? Ведь зачастую дети воспринимают критику в свой адрес как личное поражение. Как научить школьника, что ошибаться нормально?

– Неплохой приём – это сразу обозначить те самые «негласные» правила. Даже нам, взрослым, иногда тяжело отделить критику своей работы от критики себя как личности, а уж детям тем более. Поэтому перед тем, как давать обратную связь, можно открыто сказать: «Мои комментарии не относятся к тебе как к личности или к твоему знанию английского языка в принципе, а касаются исключительно конкретной твоей работы» – и дальше уже переходить к комментариям.

Есть разные техники обратной связи: от всем знакомого «бутерброда» до более сложных фреймворков типа SOR (Standard, Observation, Result/ Стандарт, Наблюдение, Результат) или GROW (Goal, Reality, Obstacles, Way Forward/Цель, Текущее состояние, Препятствия, Дальнейший путь).

Главное – в обратной связи мы фокусируемся не на ошибках, а на разрыве между желаемым и текущим уровнем знания (между стандартом и текущим состоянием) и на том, какими способами и/или инструментами этот разрыв можно сократить или преодолеть. Важно, чтобы ученик рассматривал обратную связь не как неоспоримый вердикт учителя, а как инструмент по улучшению своего результата.

– Как должна выглядеть идеальная обратная связь от учителя английского после устного монолога ученика?

– Основной секрет – в сдвиге фокуса с конечного результата ученика на его учебную траекторию, отметив уже достигнутый прогресс и предложить стратегии дальнейшей работы. В этом и заключается суть подхода, предложенного Кэрол Дуэк, она это называет «силой слова "пока"» («The power of not yet»). Обратная связь должна донести до ученика идею о том, что его навыки – это не константа, а всего лишь одна из промежуточных точек на длинном пути. Всё то, что у него пока (yet) не получается, достижимо в будущем, и мы, как учителя, стараемся как раз помочь ему достичь этой цели.

– Знаю, что в Хорошколе есть билингвальные классы, на каком языке там даётся обратная связь ученикам?

– В классах «Хоролингва» мы опираемся на лучшие российские и зарубежные образовательные практики. Их ключевая особенность – двуязычная среда: английский и русский используются абсолютно равноправно. Задача программы – дать ученикам такой уровень знаний и навыков, который позволит им уверенно учиться в современном глобальном культурном контексте.

Поскольку программа билингвальная, то и обратная связь строится естественным образом: на разных уроках, в зависимости от языка преподавания, она может звучать как на русском, так и на английском. У нас работают и русскоязычные учителя, и носители английского языка, поэтому ребёнок привыкает получать и осмысливать обратную связь в обеих языковых системах – это тоже важная часть умения работать с обратной связью.

– Кстати, интересно – есть ли разница в том, как давать обратную связь на русском и на английском?

– Язык обратной связи не имеет значения. Главное – чтобы он был понятен детям. Я в своем исследовании за основу брала пятикомпонентную модель feedback literacy, разработанную Dawson и коллегами: запрос обратной связи, осмысление информации, использование обратной связи, предоставление обратной связи, управление аффектом. Компонент осмысление обратной связи как раз и предполагает, что ученики понимают, что именно им говорит учитель. Как ни странно, но дети далеко не всегда понимают, что пытается до них донести педагог. Например, исследование Sutton 2012 года выявило, что ограниченное владение учащимися академическим языком, типичным для обратной связи, препятствует её использованию. Поэтому как на русском, так и на английском нужно очень чётко и лаконично пояснять учащимся, что им нужно сделать для улучшения результата, и держать в голове мысль, что обратная связь нацелена именно на ребенка и должна быть понятна ему.

Хорошая стратегия – попросить ребенка резюмировать содержание полученной от учителя обратной связи, чтобы он пересказал ее своими словами. Так учитель может убедиться, что обратная связь точно понятна ученику. Ведь без понимания невозможно её использовать.

– Что чаще всего, на ваш взгляд, ломает эффективную обратную связь в школе? Загруженность учителя, бюрократия или непонимание со стороны родителей?

– Мне кажется, загруженность учителя. Хотя качественная обратная связь не равняется длинным пространным комментариям, тем не менее на неё необходимо время и ресурсы. Нужно иметь возможность посмотреть на каждого ребёнка в отдельности, на его личный путь в обучении и посоветовать то, что будет актуально именно для него. Плюс к этому, обратная связь – важный компонент формирующего оценивания, а суть этого подхода в том, что у ребёнка есть возможность внести правки, улучшить свою работу на основе полученного фидбека и повысить свой результат.

– И последнее. Есть ли в вашей собственной жизни человек (наставник, коллега или даже ученик), чья обратная связь является для вас ценной?

– Мой научный руководитель в Институте образования – Марина Владимировна Холманская. Она уже долгое время занимается оцениванием и обратной связью в образовании, проводит исследования в этой области. Она не говорит «всё хорошо» или «надо исправить вот это». Вместо этого она всегда даёт поддержку и вызов одновременно. Например, когда я приношу ей черновик статьи, она сначала честно говорит, что у меня получилось хорошо: «Вот эта часть – сильная, логика здесь ясная, не трогайте». А потом задаёт дальнейшее направление работы: «Этот термин Вы используете в двух разных смыслах – стоит ли развести?» или «Это рассуждение кажется громоздким, не получится ли его систематизировать в виде таблицы?».

Такая обратная связь очень дисциплинирует. Ты не ждёшь готовой инструкции, а начинаешь думать сама.

Я заметила, что теперь так же выстраиваю обратную связь с учениками: сначала нахожу, что у них уже получилось, а потом задаю наводящие вопросы. «Это предложение полностью доносит ту мысль, которую ты хотел выразить? Как можно переформулировать?»

И, что удивительно, дети отвечают совсем по-другому – не замирают в ожидании оценки, а начинают рассуждать.

Поэтому для меня обратная связь Марины Владимировны ценна не только содержанием, но и тем, что она учит меня учиться – и это я транслирую своим ученикам. Чтобы давать хорошую обратную связь, нужно самому быть на её принимающей стороне. Чтобы развивать у детей умение работать с обратной связью, нужно самому этим умением обладать.