Культура // Колонка

​Александр Асмолов: «Книги Генриетты Граник – это приглашение в мир смыслового и живого общения наших детей»


​Александр Асмолов: «Книги Генриетты Граник – это приглашение в мир смыслового и живого общения наших детей»
Фото: Гильдия Словесников

В посленовогоднюю ночь ушла из жизни Генриетта Григорьевна Граник. Ей было 92 года. Когда мы называем возраст, мы не всегда понимаем, сколь много смыслов, мотивов, действований и поступков вместилось в мир этого неутомимого человека.

Генриетта Граник без преувеличения является лучшим мастером психодидактики учебной книги. И когда я это говорю, это относится не только к той области, где, по заслуженному признанию, Генриетта Григорьевна была мастером номер один, а именно – области русской филологии, исследований восприятия и понимания художественных текстов. То, что делала Генриетта Граник, было намного объемнее и шире. Она создавала психодидактику учебника, прежде всего, на материале учебников и книг по русской филологии. Хочу обратить внимание лишь на некоторые моменты в жизненном и научном пути биографии Генриетты Григорьевны Граник.

Рита Григорьевна Граник, как Лев Семенович Выготский, начинали свой профессиональный путь в мире филологии, а не в мире психологии или педагогики. Но, начав свой путь именно в мире филологии как учитель русского языка, Генриетта Григорьевна Граник стала блистательным гуманистическим психологом, разрабатывающим психологию понимания и смыслопорождения личности. За свою жизнь она написала немало книг. Статистика передает нам скупые цифры – более 55 учебников и книг по филологии, психологическим проблемам построения учебников, восприятию и пониманию русского языка – от начальной школы до старшей школы.

Еще раз подчеркну: она не только создала массу бесценных трудов, но она создала современную психодидактику школы.

При этом ее исследования, как и исследования её лаборатории, которые она многие годы возглавляла, посвященные психологическим проблемам построения школьных учебников, несли методологию самых великих психологов, дидактов и филологов ушедшего столетия. Среди этих имен Лев Семенович Выготский, гений гуманитарной методологии Михаил Михайлович Бахтин, философ и культуролог Владимир Самуилович Библер… Ряд можно было бы продолжить, но все книги и исследования Генриетты Граник – это книги как приглашение детей войти в мир смыслового, открытого, живого общения. И неслучайно Генриетта Григорьевна Граник уделяла столь серьезное внимание именно синтаксису. Ведь через синтаксис, знаки препинания передается неповторимая интонация смысла, чувства, переживания, эмоции и личностные смыслы. И никто ещё не открыл, какое множество смыслов таится в многоточии.

Генриетта Граник помогала детям войти в смысловые миры литературы как неповторимой культуры. И так, как это делали ее учебники, это не делали никакие другие учебники в нашей советской и российской школе.

Генриетта Граник всегда была страстным человеком, каждым своим действием подтверждая, что психология это пристрастная наука.

Она была и остается человеком, которая помогала растущей личности обучаться любви к миру, к другим людям и к своей Родине.

Я не раз говорил, что влюблен в Генриетту Григорьевну Граник, которую, и это счастье моей жизни, я называл ласковым именем Рита. На своей судьбе Генриетте Граник пришлось как мало кому убедиться, что в нашей стране экспертиза учебников превратилась в бизнес, фальсификацию и, по сути, в отсроченное убийство. Говоря об этом, Генриетта Григорьевна не раз делилась своей болью за происходящее в нашем образовании, депрофессионализацию и деградацию Российской академии образования (РАО), ставшей заложником далеких от педагогической науки политических и прагматических игр.

Я видел, как Рита страдала, когда по политическим и финансовым причинам ее блестящие книги были жёстко, жестоко и безжалостно выброшены из федерального списка учебников. Она страдала не только и не столько за себя, когда происходило подобного рода злодейство; она страдала за школьников и учителей, которым не откроются смысловые горизонты великой русской литературы и великого русского языка. Эти страдания не продлевали ее жизнь. Но она не просто жила: к ней полностью относятся слова Александра Блока «и вечный бой, покой нам только снится».

Еще раз хочу сказать: я люблю Генриетту Граник, а ее близкие люди – это и в буквальном, и в переносном смысле – моя семья.

Я всегда был благодарен Генриетте Григорьевне Граник за ее веру в то, что мы прорвемся, и гуманистическая психология понимания и достоинства так или иначе, сквозь все преграды, найдет путь к сердцам наших учителей, детей и родителей. Мне хочется думать, что пока у нас есть силы, мы постараемся сделать все, чтобы её мечты стали реальностью.

Мой поклон до земли тем людям, которые всю жизнь поддерживали Генриетту Григорьевну Граник, даже если их сегодня уже нет. Среди них особо хочу назвать Дмитрия Дмитриевича Зуева, многолетнего директора издательства «Просвещение», Алексея Алексеевича Леонтьева и Давида Иосифовича Фельдштейна. Они всегда делали все, чтобы свет Риты Граник разгорался ярче и ярче. Особое место в жизни Генриетты Граник всегда занимал и занимает великий кардиолог, профессор, отец ее дочери, мой бесценный друг Абрам Львович Сыркин.

Когда расстаешься с любимым человеком – как будто теряешь часть самого себя. Такая боль у меня и сегодня, когда я узнал, что Генриетты Григорьевны Граник больше с нами нет.



Новости





























































Поделиться