Качество образования // Интервью

Елена Ленская: Мне бы очень хотелось, чтобы в школах учили всех детей

  • 3 февраля 2020

Елена Ленская: Мне бы очень хотелось, чтобы в школах учили всех детей
Фото : «Московская высшая школа социальных и экономических наук»

Стать одной из 10 лучших стран мира по качеству образования – главная задача России на ближайшие годы. Как сделать реформы эффективными? Как работать с поколением Z? Какие негативные стороны у цифровизации в учебных заведениях? Об этих и других образовательных тенденциях рассказала декан факультета «Менеджмент в сфере образования» Московской высшей школы социальных и экономических наук (МВШСЭН) Елена Ленская.

— Как эффективно работать с новым поколением?

— Ключевое здесь слово «работать». У меня есть очень большое опасение, что чем дальше, тем больше мы теряем педагогические способности наших учителей. Благодаря тому, что мы ориентируемся на образовательную элиту: надо готовить лучших детей в хороших школах, против чего я не возражаю. Конечно, надо давать возможность детям, которые себя проявили и показали высокую мотивацию. Таких детей, конечно, надо поддерживать.

Но при этом многие учителя разучились обучать тех, кому учеба дается более трудно. Когда мы проводили интервью с директорами школ, то обнаружили, что некоторые из них сетуют, что к ним в первый класс приходят дети, не умеющие читать. Но всю жизнь это считалось обязанностью школы – научить таких детей читать.

Мне бы очень хотелось, чтобы в школах учили всех детей. И особенное внимание уделяли тем, которым учеба дается трудно.

Во-первых, не обращать на них внимание просто несправедливо. Во-вторых, если мы этого не сделаем сейчас, то потом все эти люди станут иждивенцами государства.

Еще сейчас все больше наград получает учитель, у которого много отличников, победителей всяческих олимпиад. И никаких наград не получает учитель, который, грубо сейчас скажу, из двоечника сделал троечника или четверочника. Его заслуги не признаются и не оцениваются никак.

— Какое решение, на ваш взгляд, можно найти?

— Я думаю про способ, который распространен в странах Восточной Азии, – это ротация учителей. У нас получается: хорошие учителя идут в хорошие школы, а в школы послабее идут те, кто остался. Очень часто в сельские школы попадают учителя с совсем маленьким опытом – жители тех же сел, из которых они приехали, чаще всего туда и возвращаются. Это тоже не очень справедливо. Здесь есть два способа – и тот, и другой из стран Восточной Азии, во всяком случае, на их примере я с этим познакомилась.

В Японии, в Корее, в еще нескольких странах учитель не будет работать в одной школе дольше пяти лет. Потом ему предложат перейти в другую – может быть, более слабую, может быть, более сильную школу муниципалитета. Там постоянно меняются учителя, что это дает?

Учитель получает разный опыт: где-то ему надо сосредоточиться на том, чтобы учить слабых, где-то на том, чтобы поддерживать сильных. Он становится более опытным профессионалом.

Это очень важно и для детей, которые получают доступ к самым разным учителям.

Второй способ – это партнерство школ города, причем самых хороших школ города, дающих высокие результаты, и школ, например, села. В Шанхае делают так: учителя из сильных школ приезжают в село и преподают там, а сельские учителя в это время стажируются в городских школах. Получается, что все дети имеют доступ к сильным педагогам и это, на мой взгляд, очень правильно и очень важно.

— Новое поколение педагогов приходит в школы, вузы со своими технологиями и методами. Как взаимодействовать старшему и молодому поколению педагогов в современных реалиях?

— У нас считается, что молодые учителя должны учиться у старых, опытных учителей. Но дело в том, что молодые обладают многими навыками, например, цифровыми, которые иногда не под силу учителям пенсионного возраста. Им трудно это освоить, поэтому самое главное, о чем должен заботиться директор – это о дружественной атмосфере в коллективе, где все помогают друг другу.

Учителя старшего поколения должны научиться не реагировать нервно на то, что делают молодые учителя, а пытаться понять зачем и как они это делают. И если помогать, то очень тактично.

Еще одно наблюдение, которое мы постоянно делаем: наши учителя не умеют хвалить друг друга. Либо они это делают абсолютно формально, либо не делают вообще. А критиковать любят ужасно.

Когда опытные учителя приходят на урок к молодому человеку, то они осыпают его шквалом критики, в результате у него портится настроение, создается впечатление, что он ничего не умеет. Это очень вредно.

— Сейчас во всех учебных организациях уделяется большое внимание цифровизации. Есть ли негативная сторона у этого?

— С учителями сейчас очень активно работают, например, по поводу развития навыков финансовой грамотности. Надо сказать, что как раз по этому показателю мы в PISA давали не самые плохие результаты. Это действительно важное умение, которое стоит развивать. Важно только, чтобы учителя не оказались еще больше перегружены всякими отчетами и административной работой. А именно это сейчас происходит в школах.

Что касается цифровизации, я боюсь, что здесь есть одна опасность – техника стоит дорого. И наше увлечение ляжет довольно серьезным бременем на экономику. Мне кажется, что эти деньги можно было бы потратить несколько лучше.

Тем более что некоторые исследования показывают, что с помощью обычных сегодняшних телефонов, которые есть у большинства детей, можно делать очень многое из того, что учителя сегодня делают с помощью интерактивных досок, компьютерных программ и дорогих компьютеров.

И главная, на мой взгляд, опасность: дети уже живут в виртуальной среде – это нельзя игнорировать, это надо учитывать. Отбирать у детей телефоны просто глупо, но у них должно быть пространство и для живого общения. Мы видим, глядя, например, на телевизионные программы, как ужасно общаются друг с другом люди, как они грубят, хамят, не умеют культурно спорить. Устному общению можно научить в школе. Мне кажется, что в компьютерный век это особенно нужно, потому что чем дальше, тем больше мы видим картинку: люди пришли в кафе или куда-то еще, чтобы пообщаться, а каждый смотрит в свой телефон. И никакого другого общения не происходит.

— Какие цели у конференции в этом году?

— Конференция посвящена, как всегда, тенденциям в развитии образования. В этот раз мы решили обсудить все в широком контексте: зачем страны реформируют образование, как сделать реформы максимально эффективными, как поставить задачи и добиться результатов.

И в фокусе конференции будут не только инициативы государства, но и других представителей образовательной системы: регионов, муниципалитетов, родителей, частных компаний.

Я почти уверена, что будет дискуссия: что надо называть реформой? Но я здесь не придерживаюсь радикальных взглядов людей, которые считают, что реформы – это то, что в целом меняет всю систему. Я считаю, что реформа – это существенное изменение, которое приводит к иным качественным результатам.

Например, когда в Англии затеяли реформу, связанную с совершенствованием обучения чтению и работе с числом, мы бы сказали, что тут нет ничего радикального. Но на самом деле, это дало школьникам гораздо большую устойчивость в средней школе. А у нас это самый опасный этап, потому что на нем мы «теряем очки» очень сильно.

Интервью подготовлено в преддверии XVII международной научно-практической конференции «Тенденции развития образования. Как спланировать и реализовать эффективные образовательные реформы», которая пройдет в Московской высшей школе социальных и экономических наук (МВШСЭН, «Шанинка») 13 – 15 февраля.



Новости





























































Поделиться