Аналитика // Статья

Инвестиции в образование: вклад в будущее или деньги на ветер?


Инвестиции в образование: вклад в будущее или деньги на ветер?
Иллюстрация: region-invest.ru

Никто не спорит о том, что образование имеет большую гуманитарную ценность: чем больше в обществе образованных людей, тем ниже преступность, выше уровень толерантности и даже больше продолжительность жизни, поскольку человек, обладающий знаниями, разумно заботится о своем здоровье. А насколько выгодно образование с экономической точки зрения для гражданина и для государства?

Систематический анализ образования как формы инвестиций в человеческий капитал ведется с начала 1960-х годов. Пионерами в этой области стали американские ученые Теодор Шульц и Гари Бэккер.

В настоящее время существует много исследований на эту тему – зарубежных и отечественных, которые приходят порой к диаметрально противоположным выводам.

«Российское образовательное проклятие» – это миф?

Ярким примером может служить серия обзорных исследований Всемирного банка, где обобщены оценки отдач от образования для более чем ста стран мира на основе данных, собранных в 2004, 2014 и 2018 годах. Под отдачей здесь понималась денежная премия (зарплата), то есть чем продолжительнее и качественнее обучение, тем выше доходы индивида. Результаты этой работы оказались совсем неутешительными для России. Если для развитых стран отдача от 1 года дополнительного обучения в школе составила 10%, а от 1 года высшего образования – 15%, то в России соответствующие показатели оценивались в 5% и 8%.

Эксперты Всемирного банка заговорили о «российском образовательном проклятии», подразумевая под этим недостаточно эффективные вложения государства в человеческий капитал без высокой отдачи.

Низкую эффективность объясняли излишней массовизацией третичного (СПО+вуз) образования в нашей стране: дескать, количество образованных людей не перешло в их качество и не принесло ощутимой выгоды ни самим гражданам (а наше население активно вкладывается в высшее образование), ни государству, несущему расходы на эти цели. Кроме того, кризис 1990-х годов, по мнению экспертов ВБ, также наложил отпечаток на качество образования в России.

Однако на одном из недавних семинаров профессор НИУ ВШЭ Ростислав Капелюшников с помощью данных трех альтернативных обследований, регулярно проводимых Росстатом, опроверг указанные выводы. Согласно расчетам по данным этих обследований, отдача от образования в России достигает в настоящее время 12–13%, что выше оценок Всемирного банка. Обучение в вузе увеличивает заработки примерно вдвое (так что премия за высшее образование приближается к 100%), и даже обучение в ссузах обеспечивает прибавку к заработкам порядка 20–30%. Альтернативные обследования свидетельствуют также, что на протяжении последних пятнадцати лет отдача от образования в России оставалась стабильно высокой, и, следовательно, никакого тренда к снижению экономической ценности образования не наблюдалось. Это позволяет отвергнуть популярный сегодня среди наших чиновников и части исследователей тезис о сверхнизкой «окупаемости» российского образования.

Частные выгоды от образования очевидны

19 октября специалисты Института образования НИУ ВШЭ вновь вернулись к этой проблеме, посвятив очередной семинар обсуждению вопроса о том, какие инвестиции в образование ведут к экономическому росту? На этот раз с докладом выступила профессор Департамента прикладной экономики НИУ ВШЭ Марина Колосницына.

В своей работе она ставила задачу на основе международного сопоставительного анализа и эконометрических методов выявить взаимосвязи между показателями масштабов финансирования образования и экономического роста в двух группах стран – входящих и не входящих в ОЭСР. Две выбранные группы стран отличаются уровнем экономического развития: ОЭСР – так называемый «клуб богатых стран» (их всего 32); вторая группа – 59 развивающихся стран с относительно низкими доходами. Россия относится к этой группе, но считается одной из самых богатых в этой когорте.

С точки зрения частного лица образование выгодно и в богатых, и в бедных странах – в последних эта выгода даже более очевидна.

Так, в странах с высокими доходами отдача (денежная премия) от каждого дополнительного года обучения составляет 8,8%, а в странах с низкими доходами – 9,3%. Это объясняется малой конкуренцией среди квалифицированных работников на рынке труда в развивающихся странах, где каждый образованный человек в цене. Вместе с тем, поскольку экономика в таких странах развита слабо, не все специалисты находят свое место на родине: многим приходится уезжать за рубеж в поисках лучшей доли, но там им приходится сталкиваться с другой проблемой – высокой конкуренцией. Кстати, утечка умов характерна не только для бедных стран, но и для России, где хорошие специалисты в поисках более оплачиваемой работы уезжают не только за рубеж, но и мигрируют внутри страны, уезжая из депрессивных регионов в столичные города и другие крупные мегаполисы. По этой причине региональные рынки труда лишаются квалифицированных кадров, поскольку не в состоянии предложить им достойные вакансии с конкурентной зарплатой.

В странах ОЭСР процент трудоустройства среди людей в возрасте от 25 до 64 лет с высшим образованием – 85%, со средним профессиональным – 75,6%, с более низким уровнем образования – 57,4%. Российские показатели близки к указанным и составляют 81,3%, 71,5% и 51,1% соответственно. Мы видим, что безработица среди людей с профессиональным образованием значительно ниже, чем среди тех, кто не оканчивал вузы и колледжи. Примечательно, что данные по трудоустройству в развивающихся странах практически отсутствуют – целенаправленно там статистику на эту тему не собирают.

Но в любом случае для частного лица получение образования выгодно, поскольку оно повышает шансы на трудоустройство, причем с более высокой заработной платой.

На образование не скупятся ни бедные, ни богатые страны

В последнее время резко возросли расходы развивающихся стран на образование: по данным World Development Indicators за 2015–2018 годы, Вьетнам тратил на эти цели 4,2% ВВП, Колумбия – 4,5% ВВП, Бразилия – 6,2% ВВП.

Казалось бы, это уже сопоставимо с расходами благополучной, социально-ориентированной Швеции (7,7% ВВП) или Норвегии (7,9% ВВП). Россия с ее 3,7% ВВП на этом фоне смотрится более чем скромно. Однако надо понимать, что объем ВВП в бедных странах несопоставим с развитыми, и в абсолютных цифрах затраты на 1 студента там на порядок меньше.

Для сравнения: если Швеция тратит на 1 студента 21,8 тысячи долларов в год, Норвегия – 23,5 тысячи долларов, то Бразилия – 4,9 тысячи долларов, Вьетнам – 2,1 тысячи долларов (данные за 2015 год в международных долларах по паритету покупательной способности).

Россия за тот же период и в той же валюте тратит 4,8 тысячи долларов на каждого учащегося в вузе, а расходы семей на высшее образование, по данным Education at a Glance за 2018 год, в нашей стране составляют 16% (средний показатель по ОЭСР), а по данным другого источника, ВПО-1-2020 (сводная статистика российских вузов за 2020 год), эта цифра достигает 33%, поскольку в данном случае учитывались не только расходы семей, но и организаций. И это сопоставимо с аналогичными показателями Австралии, Новой Зеландии и Канады.

В Норвегии не скупятся на образование своих граждан, давая им бесплатное образование всех уровней.

Так выгодны ли инвестиции в образование для государства и обеспечивают ли они экономический рост в перспективе?

От полного процветания – до «утечки мозгов»

В исследовании на основе панельных данных за 1995–2018 гг. строились эконометрические модели связи динамических показателей ВВП и расходов на образование – суммарных и по отдельным уровням обучения – с использованием временных лагов в 5 и 10 лет. Результаты расчетов подтверждают гипотезу весьма заметного влияния на ВВП в долгосрочной перспективе совокупных расходов на образование. Однако в странах двух групп полученные зависимости сильно различаются. Если в богатых государствах инвестиции во все ступени образования имеют положительную отдачу в форме прироста ВВП, то в бедных странах положительная отдача пока наблюдается только от инвестиций в начальное образование, тогда как расходы на среднее и профессиональное образование сокращают ВВП. Это может объясняться недостаточной востребованностью образования высокого уровня в экономиках со слабо развитыми технологиями и рынками труда. Тогда кадры с высшим образованием уезжают в более развитые страны, и происходит «утечка мозгов».

Более того: в странах с низким уровнем развития и низким уровнем образования населения отвлечение государственных ресурсов на финансирование профессионального образования в краткосрочной перспективе может привести к замедлению экономического роста. Наоборот, расширение охвата населения массовым начальным образованием может способствовать ускорению роста уже в недалеком будущем.

Пути у всех разные, а цель – одна

Но это не означает, что бедным странам следует отказаться от вложений в более высокие уровни образования. Как считает автор исследования Марина Колосницына, деньги стоит вкладывать и в профессиональное образование, но при этом необходимо выбирать направления инвестиций, адекватные текущим потребностям экономики.

Например, директор ЦЭНО РАНХиГС Татьяна Клячко считает, что рост выпуска инженерно-технических кадров в перспективе положительно повлияет на рост ВВП развивающихся стран, поскольку позволит осуществить импорт технологий. Однако подготовка таких кадров станет эффективной только при условии опережающего развития секторов с высокой добавленной стоимостью (ИКТ, производство современных технических устройств и т.п.).

Но первоочередная задача заключается в том, чтобы подготовить базу и обеспечить максимальный охват начальным и средним образованием.

В России такая проблема уже давно решена, но здесь надо совершенствовать структуру высшего образования, делая его более гибким, быстро реагирующим на вызовы рыночной экономики. С этой целью, например, вводится система «2+2+2», когда диплом о высшем образовании будет состоять из набора микростепеней по разным программам. Это даст возможность студентам менять направление обучения не только после окончания бакалавриата, но уже после 2-го курса.

Что касается богатых стран, то им тоже рано почивать на лаврах, поскольку перед ними стоят задачи еще более высокого и сложного уровня: по мнению экспертов, здесь эффективными могут стать инвестиции в индивидуализацию обучения; расширение численности и доли занятых в сфере исследований и разработок; повышение качества математического образования и других дисциплин естественнонаучного цикла. Все это в совокупности впоследствии может положительно повлиять на экономический рост и величину душевого ВВП.

Ученые намерены продолжать исследования на тему эффективности бюджетных инвестиций в образование, но здесь остается еще много белых пятен и открытых вопросов таких, например, как определение оптимальных временных лагов для рассмотрения эффектов от вложенных государством ассигнований.

Так, в связи с увеличением продолжительности сроков обучения (школа + бакалавриат + магистратура + аспирантура или PhD) временные лаги для анализа долгосрочных эффектов должны быть значительно увеличены, и 5–10 лет, как в исследовании М.Г. Колосницыной, уже недостаточно.

Также, кроме статистических данных, в подобные исследования имеет смысл включать показатели качества образования, ведь, как хорошо известно, получить образование еще не значит стать образованным.

Наконец, важно ответить на вопрос: богатые страны много тратят на образование, потому что у них много денег, или они такие богатые, потому что у них много образованных людей, способных обеспечить высокую производительность труда и экономический рост? Где следствие, а где причина? Где курица, а где яйцо?

Ученые считают, что богатство страны тесно связано с количеством и качеством образованных граждан, поэтому затраты на образование и рост экономики – два совершенно взаимозависимых процесса. Человеческий капитал увеличивает материальный и финансовый капитал, и наоборот.

У развивающихся стран есть надежда в перспективе тоже стать богатыми, если они пойдут по этому пути.



Новости





























































Поделиться