Персона // Статья

«Внутренняя весна» Елены Кравцовой


«Внутренняя весна» Елены Кравцовой
Фото: nspu.ru

Этот текст должен был быть поздравительным. 26 апреля 2020 года доктор психологических наук, профессор, подвижница образования Елена Евгеньевна Кравцова должна была отметить свое 70-летие. Но не успела дожить до него меньше месяца: утром 28 марта ее не стало.

Право «наследования фамилии» и право «наследования дела»

Внучка Л.С. Выготского – не будь ею, Лена не была бы менее талантливой исследовательницей. Просто это был бы другой талант. А этот – мог родиться и раскрыться именно в семье Выготских, которой мы обязаны не только сохранением, но и приращением созданного Львом Семеновичем – в той же степени, в какой и его прямым ученикам. Один из них, А.В. Запорожец, стал учителем Лены. Не унифицируем написания имени: для нас, знавших ее много лет, она была и другом Леной, и коллегой Еленой Евгеньевной.

Дочь Льва Семеновича, мама Лены Гита Львовна Выгодская вполне могла бы оформить в докторскую диссертацию свои блестящие исследования по психологии игры и коррекционной психологии. Но значительную часть своей профессиональной жизни она посвятила работе с наследием отца, которое во многом благодаря ее трудам превратилось в достояние мировой психологии.

Май 2010, Верхнее Мячково. Юбилей на двоих. Гите Львовне исполнилось 85 (9 мая), Лене - 60 (26 апреля)

Внучка Елена Евгеньевна сделала следующий шаг – она переосмыслила творчество Выготского в современной форме, усилила ряд его принципиальных, но «не расслышанных» акцентов, сплотив на этом поприще новое поколение исследователей.

А результаты этой работы с наступлением «образовательной оттепели» второй половины 80-х – 90-х они вместе начали продвигать в практику образования, вначале дошкольного, а затем – школьного и университетского. Да и саму эту «образовательную оттепель» подготовили поиски таких же подвижников, значительную часть которых сплотило имя Выготского и идеи развивающего образования, сросшиеся с этим именем.

Кстати, Лена очень не любила, когда о прямом родстве с Львом Семеновичем вспоминалось всуе. Даже испытывала что-то вроде неловкости. Фамилия «Выготский» – одна из немногих, единичных, российских, которая стала «брендом» в мировой гуманитаристике. О том, чтобы делать на этом какой-то «пиар», не могло идти и речи! Дело не только в удивительной скромности Лены, которую она, видимо, переняла у Гиты Львовны, а та – у Льва Семеновича (проведя с отцом всего 9 лет, которых оказалось достаточно). Просто право «наследования фамилии» и право «наследования дела» – слишком разные вещи. Второе в основном обязывает, а не наделяет привилегиями.

Вершины и глубины развития

А если уж говорить о деле – развитии культурно-исторической психологии Выготского в XXI веке, Елена Кравцова рассматривала его не как семейное, а как дело современной науки, которая способна реализовать себя в том, что Лев Семенович называл не любой, а «высокоорганизованной практикой» – практикой развития высших психических функций человека. И не только реализовать, но, полноправно участвуя в построении такой практики (точнее – семейства практик: от образовательной – до клинической), проникнуть в глубину «высшего», «вершинного», по словам Выготского, в человеке. Е.Е. Кравцовой и ее сотрудникам удалось осилить многие участки этого сложнейшего пути. Это – как взобраться на высокий вулкан и шаг за шагом спускаться по жерлу вниз. Но, по Выготскому, можно только так: ключ к познанию «низшего» в «высшем». Он и шел от психологии искусства – объективированному миру сложнейших человеческих переживаний к эмоциональному миру ребенка, в котором за простейшими, на первый взгляд, аффектациями открывается такой же сложный – только складывающийся, не оформленный еще мир. Но для этого его нужно разглядеть в развитой (идеальной) форме художественного произведения.

Доочеловеченный человеческий мир

Многие запомнят Елену Евгеньевну как выдающегося психолога развития, психолога детства, психолога развивающего образования. Но не станем забывать, что общая психология мыслилась Л.С. Выготским исключительно как генетическая, как наука о развитии. Об этом же все творчество Е.Е. Кравцовой.

Генетический метод в психологии (Лена предпочитала называть его проектирующим) – не один в ряду других, а, если можно так сказать, «метод методов». Любой предметный разговор о развитии требует выделения его единицы, которой и выступает то, что Выготский называл зоной ближайшего развития (ЗБР). А ЗБР – это не безличная совокупность знаний, умений, навыков или даже способностей, которые предстоит освоить человеку (растущему и зрелому) для успешной «социализации». В своей ЗБР он «встречает» прежде всего других людей, которые воплощают и открывают ему это культурное, общечеловеческое достояние, строит с ними разнообразные отношения, вступает с этими людьми в многоплановое общение, порой весьма интимное, даже если оно сохраняет деловой характер. А в итоге, когда уже никого рядом нет, встречает… самого себя. В своих исследованиях Елена Евгеньевна сумела показать, что судьба «культурного развития» (Выготский) в целом определяется именно на этой инстанции – инстанции общения в ЗБР, культурные средства которого одновременно становятся инструментами овладения человеком своим внутренним, субъективным миром, инструментами произвольного действия. Она свела это до простой формулы: «культурное поведение – это «опроизволенное» поведение». Когда человек ведет себя, а не ведется на импульс – внешний или куда более коварный внутренний.

А овладение инструментарием культурного действия, по Е.Е. Кравцовой – не овладение его образцами, а творческий процесс их порождения уже маленьким ребенком. Этот процесс связан с развитием воображения и формированием «внутренней позиции». По этой причине, настаивала Лена, не только для дошкольного детства или даже детства в целом, но и для всей человеческой жизни фундаментальное значение имеет игра – аккумулятор «силы воображения». Игра в своем полноценном развитии проходит через ряд стадий, форсирование которого может обернуться серьезнейшими психологическими проблемами в будущем. И усугубляют эти проблемы взрослые, которые призваны играть с детьми, но сами не умеют играть. И Елена Евгеньевна со своими сподвижниками практически заново учила играть взрослых – педагогов и родителей дошколят.

Говорят, что в детской игре (по большей части) не бывает побед и призов. Неправда: бывает! И главная награда, которую выдает сама жизнь, – воображение. Золотой ключик к дверям человеческой культуры.

Приоткрыв им эти двери (разнообразнейшие!), человек живет в человеческом мире как хозяин у себя дома. С правом достраивать, доочеловевивать его. В науке, в искусстве, в повседневных занятиях, в чем хотите… Удивляя себя и других. Превращая жизнь в событие, а свое существование среди людей – в событие с ними.

А в образовании взрослые часто стремятся удивить лишь самих себя. На одной из конференций Лена рассказывала:

«На пятилетие одному мальчику подарили немецкий волчок, который испускал сноп искр. Взрослые не могли нарадоваться. Только “юбиляр” плакал. Не искр испугался. Просто не знал, что с ним делать...».

И – печальный итог, который она подвела на другой конференции:

«Существует общество в виде конкретных взрослых. И эти взрослые хорошо знают (или думают, что знают), что ребенку нужно, что он делает, а что – нет, что хорошо, а что плохо. И вот взрослый тянет ребенка за уши, уши вырастают, а сам ребенок остается прежним».

Строительница нового образования

Е.Е. Кравцовой и ее сотрудникам удалось сделать то, что не удавалось сделать, пожалуй, никому. А именно – выстроить многоступенчатую систему развивающего образования, охватывающую дошкольное детство, младший школьный возраст, подростничество, юность, включая юность не только школьную, но и студенческую. Образовательные процессы внутри этой системы разворачиваются прежде всего в логике содержательного межвозрастного общения. В итоге образовательное пространство становится сферой уникального взаимопересечения и взаимообогащения «зон ближайшего развития», более отдаленных генетических перспектив всех тех, кто его творит и осваивает: детей, педагогов, родителей, психологов и управленцев образования…

Образовательная программа «Золотой ключик», разработанная командой Е.Е. Кравцовой и Г.Г. Кравцова для самого первого – дошкольного – звена этой системы, получила широкую известность в России и вызывает неизменный интерес наших западных коллег как образец претворения на практике идей Л.С. Выготского. Уникальная модель университетского психологического образования, автором которой является Е.Е. Кравцова и которая 20 лет успешно реализовывалась в Институте психологии им. Л.С. Выготского РГГУ, венчала эту систему. Венчала – одновременно обеспечивая ее открытость к развитию в рамках профессиональных практик (и не только в них).

Ведь, покинув университетские стены, вчерашний студент-психолог проявляет свой профессионализм настолько, насколько способен продолжить, а не просто «применить», в профессии свое образование, которое получил в этих стенах.

Психолог-профессионал немыслим без интенции к собственному личностному росту, условия для возникновения которой были созданы в alma mater. Когда профессиональная позиция вырастает из личностной. В этом весь смысл развивающего образования.

Ведь, по Е.Е. Кравцовой, в зоне ближайшего развития вызревают куда более далекие, широкие, порой непредсказуемые генетические перспективы. А сама ЗБР – как минимум для двоих. Как и развитие в ней. Тогда как до сих пор спорят: может ли (должен ли) развиваться взрослый в зоне ближайшего развития ребенка? Лена улыбалась, слыша о таких спорах.

Осиротевшая «планета людей»

Лена была «человеком общения» во всех смыслах. Общение было «образом ее жизни и творчества», а понятие «общение» – средством понимания природы того и другого. Иногда хотелось немножко поспорить с ней: мол, повод для общения возникает все-таки внутри деятельности. И мы спорили. Но какую замечательную форму общения для психологов страны и мира, работающих в традициях культурно-исторической психологии, придумала Лена! Международные чтения памяти Л.С. Выготского, ежегодные и каждый раз тематические. Еще не завершались прежние, а уже продумывались следующие. Каждый участник в завершении получал красивый листочек с анонсом тематики будущих Чтений. Что будет с Чтениями? Будущее у них есть – что будет с Чтениями без Елены?

Сегодня мы скорбим со всей отечественной и мировой психологией, для которой остается значимым имя Выготского, которая движется в содержательно-смысловом фарватере его идей, расширенном и углубленным Е.Е. Кравцовой.

Наши соболезнования – членам ее семьи, которую можно по праву назвать «Психологическим домом Выготских-Кравцовых», многочисленным ученикам и последователям, педагогам, вдохновленным ее идеями и всем, чью жизнь иногда в корне меняла даже единственная встреча с Еленой Евгеньевной. К ним присоединяются все сотрудники МГППУ, знавшие и любившие ее.

…Сегодня, 30 марта, в день прощания с Леной, после стойкого тепла на Москву и Подмосковье посыпался снег. Холодным, бездушным десантом – на серую голую беззащитную Землю, осиротевшую «планету людей». Но впереди весна, Ленина весна, и не одна. Без Лены или с ней – зависит от встречающих. Лена сделала все, чтобы «твоя внутренняя весна не обманула тебя» (Тит Лукреций Кар) – в любую пору года.

Она создавала «внутреннюю весну» вокруг, по-взрослому исследовала ее детско-юношеские тайны и носила в себе. «Внутренняя весна» и была ее темой в науке, образовании, жизни.



Читайте также в рубрике «Персона»

Новости





























































Поделиться