Учителя // Интервью

«По результатам “замеров” всё чаще проводится не анализ ситуации, а поиск виноватых»

  • 18 апреля 2019
  • 770

«По результатам “замеров” всё чаще проводится не анализ ситуации, а поиск виноватых»

Наш корреспондент побывала на уроке учителя русского языка и литературы, кандидата педагогических наук, автора пособий по русскому языку Ларисы Поникаровой в школе № 609 города Зеленограда. Это было дополнительное занятие для учащихся 4-го класса – как теперь принято говорить, мотивированных, но слабо успевающих. А после урока удалось про это поговорить.

– Как Вам удается так увлекательно и красиво вести урок на сложную тему?

– На уроке самое главное – приводить в систему знания учеников. В школе все темы, по сути дела, разрознены, они не очень хорошо соединяются, если этого не делает учитель. И моя сверхзадача – в спокойной атмосфере, без напряжения для детей, в доступной форме изложить материал.

Ну а поскольку занятие прошло в каникулы, мне хотелось с самого начала создать теплую обстановку. Поэтому и текст песенки о друзьях был выбран не случайно.

Несмотря на сложнейшие синтаксические конструкции, которые в нем содержатся, он с самого начала настраивает ребят на дружескую волну и на коллективную работу, а мысли о трудных правилах уходят на второй план.

– А что Вы делаете, когда дети плохо ведут себя на уроке, не слушают?

– Я не являюсь постоянным учителем этих детей и встречаюсь с ними на дополнительных занятиях не так уж часто. И, если вы заметили, в самом начале урока один из учеников что-то вырезал ножницами из бумаги, но я его не одёргивала, не делала замечаний, а постепенно, шаг за шагом, старалась привлечь его внимание.

И задача любого преподавателя, особенно когда он работает с детьми младшего школьного возраста, – создать эту добрую атмосферу не натаскивания, а учёбы.

Почему это так значимо? Ребёнок первый раз по-детски объясняет правило, он и второй раз захочет по-детски объяснять, на интуитивном уровне, но при этом ни в коем случае не надо говорить, что это неправильно, а следует мягко и ненавязчиво сказать: более грамотно будет вот так. Но никто не станет ругать ребенка за ошибки, и это доверие со стороны учителя очень мотивирует.

Я заметила, что Вы несколько забегаете вперед, давая детям примеры, которые будут изучаться в более старших классах.

– Да. Скажем, частицы изучаются только в 7-м классе. Но если ребёнок до 7-го класса с ними работать не будет и не поймет, в каких случаях они пишутся раздельно, слитно, дефисно – путаница не разрешится и в 7-м классе.

– А как Вы относитесь к привязке учебного содержания материала к годам обучения, как это сделано в проекте новых стандартов?

– Дело в том, что все опытные педагоги, которые знают, к чему надо привести ученика в старших классах, часть информации «спускают» вниз, не снижая оценку ученику за то, что он эти темы не усвоил. Поэтому мы начинаем знакомство с некоторыми конструкциями – тире между подлежащим и сказуемым или знаками препинания в сложносочиненных и сложноподчиненных предложениях – в начальной школе, а кто-то об этом впервые узнает в восьмом классе, а кто-то не сможет ответить на этот вопрос и в 11-м. Поэтому надо, чтобы один квалифицированный учитель вел детей с пятого до выпускного класса.

– С 10 по 13 апреля прошла «Неделя образования» в рамках Московского международного салона образования. Там на разных секциях обсуждалась тема мотивации детей к обучению, но каких-то практических рекомендаций я не услышала, были в основном только общие слова. Может, имеет смысл превратить урок в игру, чтобы скучное сделать развлекательным?

– Я противник превращения урока в шоу. Я училась в Шуйском педагогическом университете у потрясающего педагога Михаила Трофимовича Баранова (в эти дни ему бы исполнилось 95 лет), и у нас, его учеников, есть кредо: рассказывать о сложных вещах простым, доступным языком, вести урок так, чтобы всё было понятно, но без нарочитого упрощения.

Конечно, я использую игровые элементы, но для меня важнее сообщить детям, что секреты есть не только за пределами школы, но и в рамках того предмета, который они изучают.

Их интересно открывать, эти секреты. Самое главное, с моей точки зрения, чтобы дети испытывали радость от работы со словом и почувствовали себя успешными: ведь у них же получается! Это и есть ключ к мотивации.

С этого года в ОГЭ по русскому языку добавили устную часть. Как Вы оцениваете это нововведение?

– Очень положительно оцениваю, только сделать это надо было гораздо раньше.

И сейчас дети сдают это собеседование из рук вон плохо, потому что педагоги начали отрабатывать этот навык только в 9-м классе…

С моей точки зрения, детям не дают возможности на уроках говорить. Если дети высказываются, то односложно. Хорошо успевающему ребёнку вообще не дают слова – мол, ты и так знаешь, а учителю надо двоечника на «тройку» вытянуть. И в результате подросток перестаёт читать, интересоваться, его внимание на уроке рассеивается, поскольку его не спрашивают.

И еще есть замечание по темам, предлагаемым для устной части.

К примеру, ребёнка спрашивают: что лучше – ходить в театр или в кино? А он живет в деревне или в небольшом городке и ни разу ни в театре, ни в кино не был. Или предлагают рассказать о любимом журнале. А он не читает журналов, даже в глаза их не видывал (рекламные – не в счёт), о чём он рассказывать будет? Фотографии, которые даются для описания, тоже не всегда подходящие.

Нужно предоставить право учителям самим выбирать или конкретизировать темы.

Раскрытие тем предполагает широкую эрудицию ученика, а откуда ей взяться? Чтобы ученик рассказал о спектакле, требуется вначале выяснить, знает ли ребёнок, что такое театр! Отрыв от реальности составителей разных контрольно-измерительных материалов, да и самих стандартов, поражает!

– Не могу не спросить о ВПР, поскольку Ваше занятие имело целью подготовку, в частности, и к этой контрольной процедуре. Почему содержание ВПР расходится с программой, как дети справляются с этими работами?

– Такая форма проведения подходит далеко не для каждого ребёнка: все задания разного уровня, и даже их количество – 16 – может сразу испугать, оттолкнуть детей. Некоторые вообще не берутся за выполнение и в результате получают 2–3 балла за работу из максимальных 25. Неясно, что берут за основу авторы этих контрольных процедур, какой образ ученика держат у себя в голове – похоже, очень абстрактный! Учитель не в состоянии учитывать особенности ученика при таких «независимых» шаблонах. По результатам «замеров» всё чаще проводится не анализ ситуации, а поиск виноватых. Долго искать не приходится: конечно, виновен учитель. Следуют административные санкции. Под прессом такого страха обучать и воспитывать детей очень трудно, вредно. Составляют программы и проводят тестирования, не исключено, даже разные ведомства, группы людей со своими задачами, находящимися подчас вне поля настоящего образования.

Сейчас планируют возродить наставничество, введя в рамках национальной системы учительского роста должности старшего и ведущего учителя…

– Это правильно. Надо, чтобы сильный учитель имел возможность передавать знания, опыт молодым специалистам, чтобы они посещали его уроки, анализировали их. Но есть опасность, что должности ведущего учителя займут не опытные педагоги, а карьеристы и умелые имитаторы.

– Какие три основных совета Вы бы дали начинающим учителям?

1. Никогда не стыдитесь и не ленитесь учиться.

2. Будьте настойчивыми (в достижении благих целей), не мстительными и не лживыми.

3. Никогда не теряйте чувства юмора!

Беседовала Ольга Дашковская



Обсуждение

{{ comment.user }}
{{ comment.date }} / Ответить

Ответ на сообщение от {{ comment.reply_date }}

{{ comment.text }}

Комментарий удален

Ваше сообщение будет первым!

Новое сообщение

Вы отвечаете на сообщение от {{ reply_comment.date }} Удалить ссылку на ответ

Отправлять сообщения могут только авторизованные пользователи.
Ваше сообщение будет первым!

Новости





























































Поделиться