Студент из Москвы поехал на край земли, за 10 тысяч километров от столицы, чтобы стать участником этнолингвистической экспедиции, организованной Камчатским государственным университетом им. Витуса Беринга, и в поселке Палана около Охотского моря слушать и записывать воспоминания, рассказы и сказки на мелодичном языке местных жителей – коряков. Как японская культура и айны повлияли на интерес выпускника московского педвуза к коренным народам Севера, какие сюрпризы ему преподнесла Камчатка, и почему лингвист из Москвы планирует продолжить учиться в Университете Первооткрывателей, то есть в КамГУ.

В подростковом возрасте Михаил Хворостяный увлекся восточными боевыми искусствами. Занятия айкидо из хобби переросло в серьезное увлечение восточной культурой, языком Страны восходящего солнца, а также повлияло на выбор профессионального пути. Михаил решил изучать японский, сначала в Предуниверсарии МГПУ, а потом и в Московском городском педагогическом университете.

Во время учебы будущий лингвист готовил доклад про Хоккайдо и узнал про один из самых загадочных народов мира – айнов, которые жили на этом острове в резервации. Когда-то они населяли Курилы и Сахалин, про них во время поездки на Дальний Восток писал Чехов, но сегодня они почти полностью растворились в Японии. Этот народ совсем не похож на азиатов. Они коренастые, смуглые и отличаются, так сказать, повышенной волосатостью, их даже так и называли «волосатые люди», многие мужчины носят густые длинные бороды.

Кроме айнов Михаил заинтересовался аниме и манга «Золотое Божество», многие персонажи которого являются как раз представителями коренного населения Японии – айнами.

Это еще больше подогрело к тому моменту уже зародившийся научный интерес. Исчезающему языку этого народа и посвятил свои исследовательские работы Михаил, когда учился в самом большом в мире научном Центре исследований айнов и коренных народов Университета Хоккайдо. Буквально в том году Михаил вернулся из Японии, где провел целый год. Он, как и еще семь российских студентов, став стипендиатом Министерства образования Японии MEXT по программе Никкэнсэй «Японский язык и культура Японии», выиграл поездку в страну айкидо, аниме и айнов.

Защитив диплом бакалавра в МГПУ, на тему переводов с сахалинского диалекта айнского языка на русский и японский, стал для дальнейшего обучения искать магистратуру. Как раз в том году Камчатский госуниверситет имени Витуса Беринга для сохранения и изучения языков малочисленных народов Севера открыл направление «Этнолингвистика». Для работы, что называется, в «полях», для сбора языкового материала коряков, ительменов и других коренных жителей Камчатки, анализа его современного состояния, вуз проводит экспедиции. В этом году научно-лингвистическая поездка была в поселок Палану, где многие местные жители знают корякский язык. В культурную столицу когда-то Корякского округа Михаил, пройдя отбор, поехал вместе с другими участниками экспедиции из КамГУ и Вышки.

«Айнский и корякский относятся к разным языковым семьям, но между ними есть точки соприкосновения. Некоторые слова звучат похоже. Прослеживается общая семантика. Высказывание строится практически по одному и тому же принципу. То есть, зная один язык, проще заниматься другим», – объясняет Михаил.

Из Петропавловска-Камчатского группу этнографов и лингвистов в уникальное место, где сохранились редкие диалекты корякского, забросили на самолете. На родном языке, за редким исключением, в поселке говорят в основном пожилые. С ними-то Михаил и его коллеги и разговаривали, общались, проводили социолингвистическое анкетирование, изучали степень сохранности языка, слушали народные сказки и песни.

Коряки от природы музыкальны. У у них развито чувство ритма и пластика, а корякский язык на слух очень мелодичен. Даже не понимая, о чем речь, можно просто слушать истории, сказки и предания, которые исполняются речитативно, мелодично, под аккомпанемент бубна, и наслаждаться. В историях, которые передаются из поколения в поколение, отражена жизнь коряков, которые в свое время были весьма воинственным народом.

В сказках для детей охотников, рыбаков и оленеводов главными персонажами в основном собаки, медведи, мыши, олени, рыбы, бог-ворона Куйкынняку, а в песнях они поют о том, что их окружает. Вот, например, старинная корякская песня: «Навага не хочет играть в бубен, потому что она глупая, а камбала не хочет, потому что она плоская, и глаза у нее в разные стороны».

Для воспитания у молодежи бережного и благодарного отношения к природе коряки издревле использовали особые сказки-поучения. Одна из них, про то, что при заготовке шишек кедрача их нужно собирать понемногу и все подряд, не выбирая только большие и красивые, а не то маленькие и кривые обидятся и на будущий год шишки на кедраче даже и не покажутся. Эти советы, по словам Михаила, напоминают айнское поучение о сборе корней дикой лилии, которые также принято заготавливать подобным образом.

Необычно звучат и названия месяцев на корякском. У этого народа год начинался в декабре, который они называли «месяцем холодных ветров», февраль – «месяцем ложного вымени», а ноябрь — «месяцем течки горных баранов». Конечно, так сейчас уже никто не говорит. В середине прошлого века на полуострове был объявлен запрет на преподавание родной словесности в школе, и корякский, как айнский, и многие другие, постепенно оказался в таком критическом положении, можно сказать, на грани исчезновения. Сохранить языки малых народов, их разнообразие и огромный пласт культурных ценностей, который стоит за каждым из них, да и самих этносов — как раз задача ученых и таких специалистов, как Михаил Хворостяный.

«Большую часть собранных в экспедиции материалов еще предстоит обработать. Но общая тенденция видна. В случае с корякским языком, корень проблемы кроется в середине прошлого века, когда в камчатских школах детям стали запрещать говорить на родном языке, не было уроков и учебников на корякском. Постепенно родной язык заместился русским. Свободно говорят по-корякски сегодня в основном люди, которым далеко за 60», – поделился Михаил.

Из поездки москвич привез много впечатлений и близкое знакомство с носителями корякской культуры и языка. Коряки, по словам Михаила, в отличие от айнов, которые почти не пускают в свой мир чужаков, открыты и дружелюбны. Они старались помочь исследователям, осознавая важность этой работы для сохранения их родного языка и культуры, рассказывали о себе и своей жизни.

Удивил специалиста по Востоку религиозный синкретизм, свойственный крещеных береговым корякам. Наряду с христианскими праздниками, они сохраняют и традиционные, такие, как обряд кормления огня, праздник отправления душ умерших животных или День Нерпы (Хололо), когда заканчивается сезон охоты на морского зверя, День Первой рыбы.

Впечатлила Михаила и уникальная природа Камчатки: «Я вырос в Крыму, и вулканы, океан, тундру увидел впервые в жизни. Это потрясающе!».

После этой поездки на край света Михаил серьезно задумался о поступлении в магистратуру Камчатского университета, чтобы и в следующем году поехать в гости к людям, владеющим оленями, то есть к корякам, и сказать им на их языке: «Мей, тумгутуру!».